Законодержец. Преступление без смысла

Так могут или нет?

— Нет, — отозвалась Дея, но потом задумалась. — Хотя... если какой-то маг — скажем, тот же чернотворец — негативно повлиял на чью-то судьбу, то мы вправе вмешаться.

— Отлично, — обрадовался Глеб. — Это как раз такой случай.

И он озвучил свою просьбу.

Когда он закончил, Дея сказала:

— Я поговорю с Азариным. А если этот сухарь откажет, обратимся в Комитет по делам неволшебки — там точно пойдут навстречу.

Глеб кивнул. Его просьба касалась человека, которого он даже не знал, но важности её это не уменьшало.

Когда он съехал с пандуса, захлопали крылья — и не требовалось быть гением, чтобы догадаться, чьи.

— Стихи слушать не буду! — объявил Глеб.

— Откуда ты знаешь, что я стану их читать?

Глеб задрал голову. Кольцо с лапы Баюна сняли, и магия спиритуса к нему вернулась; увы, с ней вернулась и тяга к творчеству.

Каркнув, дух признался:

— Хотя ты прав — у меня родился экспромт!

— Лучше бы ты сделал аборт...

— Хватит жаловаться — вот, слушай:

Винни-Пух однажды гробик отыскал,

Спрятался в нём с мёдом, в сон случайно впал.

Гроб спалили в печке — грустная история...

Не играйте, дети, возле крематория.

Глебу оставалось лишь обречённо вздохнуть...

Когда минивэн подъехал к «Фабрике», дождь внезапно прекратился.

Поблагодарив Вадима Сергеевича, Глеб направился к кафе. Оно открылось впервые с того дня, как там побывал волколак; клиентов завлекала гирлянда на козырьке и воздушные шары с надписью «Мы снова работаем!»

Но въехать внутрь Глеб не успел — навстречу выбежал Артём:

— А тебя ждут! — сообщил он и хихикнул.

Улицу наполнила свежесть, всё сверкало после ливня. Глеба на пути к морю охватил приятный трепет: он понял, кто его ждёт.

Эми смотрела на волны, держа сложенный зонт. Подъехав ближе, Глеб остановился.

Похоже, сегодня у него день встреч...

— Как дела? — спросила Эми.

— Нормально... — отозвался Глеб.

Он лихорадочно думал, как продолжить разговор: заговорить о погоде? Спросить, как дела у неё? Всё почему-то казалось глупым.

В конце концов он полюбопытствовал:

— А как дела у вас с Антоном?

Эми улыбнулась:

— Всё хорошо — кредиторы Кира не лезут... Спросишь законодержцев, как им это удалось?

Глеб кивнул; он не стал говорить, что просил и Азарина помочь Эми с братом — ведь неизвестно, сдержит ли тот слово.

Молчание стало неловким. Глеб опять не знал, что сказать. Ерунда какая-то: вот с Деей он вёл себя раскованно...

— Я уезжаю, — сообщила Эми.