Странная благодарность

Страницы незнакомой истории заворожили Винмара. Читая, он представлял предков, искавших равновесие между инстинктами и разумом. Схватившись в поединке, звериные и людские ауры соединялись, и дракон обретал черты человека, а человек — дракона.

Ат'кай Витигайорр мог провести за Сферой еще неделю, но его сестра, Эннари, вечером третьего дня поинтересовалась:

— Винмар, а где твоя коллега?

Дракон спохватился. Он с ужасом осознал, что оставил Гэлвейн одну, хотя обещал показать Окраины и познакомить с несколькими мастерами артефакторики.

Под насмешливым взглядом Чина ат'кай Витигайорр выбежал из дома. Семья способна заставить забыть обо всем, но непостижимо уму выбросить из головы долг гостеприимства; оправданием не мог служить даже подарок Старейшин.

Синие крылья взметнули пыль, когда Винмар опустился на крупный камень возле гостиницы. Эндамор сидел на крыльце и перекатывал в ладони два серебристых шарика; они скользили между пальцев, не касаясь друг друга. В полусотне шагов, упершись лапами в валун, Данра тренировала крылья.

— Молодой Винмар, — приветливо обернулся хозяин гостиницы.

Дракон вежливо наклонил голову.

— Почтенный Эндамор. Сеньорита Гэлвейн у себя?

Эндамор посмотрел в небо.

— Нет. Она три назад оставила ключ и ушла в горы в сторону храма, — указывая направление, он махнул рукой.

— Три дня назад? — переспросил Винмар.

— Да, — подтвердил Эндамор, — но, думаю, вы ее найдете, если поищете.

— Наверное... — пробормотал ат'кай Витигайорр, расправляя крылья. — Прощу прощения, что потревожил.

Эндамор незаметно улыбнулся.

Винмар оставил гостиницу позади и поднялся под редкие облака. Он не знал, зачем Анн направилась к Храму, но был уверен, что с высоты ее заметит.

Дракон описал над долиной несколько кругов. Внизу волновались деревья, бежали нитями дороги. Ат'кай Витигайорр увидел двух косуль, которые поспешили убежать от драконьей тени; медведицу, лису. Следов человека не было.

Что-то сверкнуло внизу, и Винмар прищурился.

Солнце блестело на белоснежной чешуе ловившей рыбу драконицы.

Она била по воде хвостом, чтобы выхватить лапой во всплеске скользкого и сверкающего лосося, потом прижимала трепыхающееся тело к земле и рвала клыками. Винмар удивленно спланировал вниз.

— Молода... — слово застряло в горле.

Солнце метнулось по белому веку, и Винмар увидел, что глаза драконицы — серые. Опустившись на землю, ат'кай Витигайорр замер. Он вспомнил Сферу и слова Старейшины и понял — окарина была аоли. В сознании завертелся ворох мыслей.