Тайник 21

Так бывает, если ни горло, ни язык не в состоянии внятно произнести хоть что-то, а тебе очень надо сказать, но я чувствую облегчение, потому что слова были не лживыми, без фальши. Для меня сейчас это до предела натянутая струна – мы друзья – не истертая старыми ссорами или взаимными уступками. Она яркая и крепкая, но напряжение слишком велико, и звук идет глухой, запертый в себе. Не может петь, - кто сумеет, тот и возьмет его, - выдохшись, опустил голову, я до сих пор не знал, как будет. Теперь все решилось, и мне не хочется в это верить.

Иногда кажется, что черная вода дурных предчувствий, плохих поступков, тяжелая и ледяная, опускается вниз, куда-то внутрь твоего тела, и достаточно было бы выйти из него, чтобы отделаться от всей этой дряни. Невозможно ведь представить пригибающееся к земле приведение, им же положено летать. Невесомые и прозрачные, наверное, они все оставляют в земле?

Скорее всего, он получит то, что хочет. От части из-за того, что сильнее, я это знаю.

От части – из-за отсутствия у меня мотива, кроме того, чтобы помешать ему. А почему хочу это сделать, я объяснить не смогу. Когда причин больше двух, значит нет ни одной.

-Отлично, - рассеянно, вряд ли мой ответ был для него неожиданностью, - раз по честному, тогда закрой рот по крепче, - усмешка проскальзывает и исчезает, - Дэн, только молчи, постарайся, - как будто уговаривает меня, чтобы все получилось.

По телу проходит ток. Я не закричал, но на мгновенье потерял над собой контроль.

Сашка отпустил меня неожиданно, будто сам испугался, что причинил такую боль, и я, пошатнувшись, ухватился здоровой рукой за стол. Под моим весом он накренился, посыпались жестяные кружки, связка ключей и неровный кусок зеркала. Фонарь, в котором мирно тлел огонек, разлетелся на осколки. Впитавшая масло одежда занялась огнем в ту же минуту. Пламя потрескивает и перекидывается на стулья.

-Пошли, давай! – густой белый дым заполняет комнату, Сашка исчезает в темном коридоре.

Секунда разделяет меня и дежурных, с шумом ввалившихся через другую дверь. Пробежав достаточно далеко, чтобы их крики стали не громче капели воды с потолка, я перехожу на шаг. Во рту кровь, наверное, прикусил язык.

-Нормально все? Ты как? – по началу с сомнением осматриваю его. Куртка болтается, а рукава коротки, но все лучше, чем ничего.

-Отлично, только какая разница? Не успеем отдышаться, появятся эти –гости Магистра.