Герои и Злодеи. Марина

— Яркий стиль очень идёт Марине.

— Спасибо, — улыбнулась ему.

— Ты, кстати, не ответила на мой вопрос.

— Обсудим его чуть позже.

— Хорошо. За бокалом красного, — друг пожал плечом, будто озвучил самую обыденную в нашей дружбе вещь.

К счастью, от необходимости подыграть ему меня спасла ассистентка, принёсшая распечатку вопросов для интервью с пометками нужного времени для каждого из ответов. Внизу рукой исполнительного продюсера была сделана приписка о «Болинэте» и поставлены аж четыре восклицательных знака.

Судя по всему, это наш новый спонсор.

Развив чересчур бурную деятельность, я поспешила покинуть гримёрную.

Честно говоря, в предложении Ксэнтуса больше минусов, чем плюсов. Проще отказаться сразу. Благодаря прямолинейности новой визажистки, наш фальшивый роман совершенно точно не останется тайной ни для кого в телестудии. И ладно бы вышел толк, да только я не уверена, что Ровена и Ксэн снова сойдутся.

До главного редактора вещания добралась не раньше трёх часов. Загруженный думами о предстоящей налоговой проверке, Амандус одобрил мою просьбу о свободном графике без долгих разговоров и бесконечных подробностей.

Ему хватило пары предложений:

— Амандус, я предлагаю вам сенсацию. Есть реальная вероятность того, что наркотик, способный наделить человека силами супериров, существует на самом деле.

Мои фильмы-расследования для «Четвёртого» канала не раз получали премии, у главного редактора нет причин отказывать. Собственно, его отказ всего лишь даст мне возможность продать материал на сторону.

Сама я к конкурентам уйти не могу — в рабочем контракте прописаны жёсткие условия увольнения, ограничивающие мою будущую репортёрскую деятельность и влекущие за собой существенные материальные потери.

— Не забудь оформить стандартные бумаги у юристов и кадровиков. — Амандус поставил подпись под моим заявлением без особого энтузиазма. — На время расследования о бензине даже не заикайся, по чекам заплатят, только если твоё расследование действительно окажется стоящим.

Разобьёшь машину — вычту из зарплаты.

— Ксэнтус первоклассный водитель, не беспокойтесь.

— Я всегда беспокоюсь, — он одарил меня внимательным взглядом поверх строгих очков. Я тут же содрала огромный пластырь Одетты, создающий впечатление, будто мне чуть голову не отрубили. — Пора бы тебе успокоиться и сделать перерыв. Я уже думал об этом, а сегодня утром получил из Ассамблеи ноту недовольства твоими вчерашними действиями и принял окончательное решение.