Герои и Злодеи. Марина

Полуразрушенные и покосившиеся высотки давно покинуты приличными людьми, здесь остались лишь преступники и негодяи всех мастей, деловые люди сомнительной морали, и те, кому больше некуда пойти. Если коротко, Индустриальный район — неофициальный притон злодеев и криминальный рай с дурной славой. Власти Стограда давно на него плюнули: чтобы вырвать этот сорняк, нужно очень много денег, которых всегда очень мало. А возможно, чиновники просто ждут, когда тут всё рухнет от старости и передавит местный люд.

— Жуткое место, — пробормотал Ксэнтус, медленно проезжая по дороге, словно она минное поле.

— Ради этой дыры мы торчали в пробке битых два часа?

— С виду здесь не хуже, чем на окраинах любого промышленного городка. Разве что немного грязнее.

— И плохо пахнет.

— Следствие грязи, а не аргумент против.

— У меня желудок сжимается каждый раз, когда мы приезжаем сюда. Это сойдёт за аргумент? Язва самый лучший детектор назревающих неприятностей.

— На сей раз неприятностей не будет.

Правильно, не нужно нагнетать обстановку понапрасну.

.. И раньше времени.

Индустриальный район имеет свойство изменяться каждый месяц. Стены падают и перекрывают дороги, художники соревнуются в искусстве граффити. Лишь неосведомлённым жителям Стограда кажется, что тут всё серо и пугающе, а при первой же прогулке вас оставят без телефона. Звучит цинично, но местные уголовники хорошо научились отличать жертв от хищников, и если вас ограбили здесь, то виноваты в этом вы сами. Индустриальный район не место для прогулок, если не умеешь защитить себя.

Даже полисмены не приедут разбираться с мелкой кражей, как только услышат, где она произошла.

Наш яркий жёлтый фургон с логотипом «Четвёртого» канала привлекал внимание местных, но агрессии не вызывал. Вопреки устоявшимся стереотипам, не все люди тут звери.

— Поворачивай к высотке и направо.

— К «Бродячей собаке» едем? Тогда сделаю крюк. Напрямую там такие ямы, что без колёс останемся. — Ксэнтус мог бы стать первоклассным таксистом. У парня идеальная память на дороги и чувство направления.

— Не пора ли тебе сообщить, зачем мы сунулись сюда?

— Будем искать следы анизина.

— Чего?

— Два-анизин-четыре наркотик, он может наделить обычного человека силами гена «супериор». Если не выдумка, конечно. Информации можно доверять процентов на... думаю, шестьдесят.

— Обнадёживает, — тяжело вздохнул Ксэн.

Мы работаем с ним в паре почти пять лет, и за всё это время он ни разу не поинтересовался подробностями, откуда я беру сведения.