Герои и Злодеи. Марина

Теперь осталось только выкинуть из головы последующий разговор с Чёрной Птицей для полного удовлетворения. Один негатив с ним! Да лучше бы я ещё раз пережила нападение Психоза!

***

Врачи скорой отпаивали Ксэнтуса успокоительным, когда на меня коршуном налетел герой в чёрном. Обтягивающая водолазка, кожаные штаны, платок-маска закрывает верхнюю половину лица, а за спиной длинный плащ. Его удивительно голубые глаза остановились на моём лице, в них плескалась чистая ярость. Так часто её вижу, что уже начинаю сомневаться, есть ли у Птицы в запасе какие-нибудь другие эмоции.

Сложив руки на груди, я приготовилась выдержать очередную битву.

— Эванджейро, какого хрена ты стояла посреди улицы, словно у тебя супериор бессмертия?!

— Я стояла за жёлтой линией, её сдвинули уже потом.

— Да плевать мне! Ты мешалась героям, которые из-за тебя не могли действовать в полную силу, — он ткнул в меня пальцем.

— Точно так же, как и десяток зевак, — я тут же отбила его руку.

— Они были под действием Психоза и вряд ли соображали, что вообще происходит, а ты создавала помеху осознанно.

— Помешала оторвать ещё один кусок асфальта?

Знаю, что не была образчиком здравомыслия, но иначе эксклюзивных репортажей не бывает, а твой канал не получаете премий. Что за жизнь без риска? Точно не для меня! С тех пор как небезызвестный злодей по кличке Электрик выжег мне «чувство страха», я плохо вижу границы опасности.

Зато другие видят их слишком уж хорошо.

— Мало того, что ты путалась под ногами, ты рисковала своей дол@#$$&й жизнью, вообразив из себя героиню.

— Бесишься, что Психоза изловили не ваши ребята? — вот теперь и во мне заклокотала злость вперемешку с раздражением.

Птица едва слышно зарычал.

— В следующий раз я выволоку тебя за шкирку, Эванджейро, и сделаю это в прямом эфире.

За весь короткий разговор он ни на миг не отвёл от меня гневных глаз, а затем без прощаний взмыл в небо. Самодовольный индюк! Удивительно, как с таким характером его терпят в Ассамблее Героев?

Дождалась, пока он скроется в тёмном небе, и постучала каблучками к жёлтому фургону с большой цифрой четыре сбоку.

Это наш с Ксэнтусом транспорт и одновременно передвижная телестудия, обеспечивающая прямое включение, где бы мы ни оказались. Кажется, уже третья по счёту...

***

Усмехнувшись, как такой незначительный эпизод мог запомниться в малейших деталях, я налила кипятка в кружку с кофе и откинулась на спинку дивана.