Восточный полюс

Я не стал удивляться его покорности.

Бегом, среди нетрезвых певцов и охрипших танцоров, вокруг деревьев и лежащих тел, здороваясь с встречными и тут же прощаясь.

Нет.

Я оказался уже возле заброшенного НИИ. Шабаш осталась позади, лес расступился, словно предлагая мне уйти подальше от безумной затеи.

Из рюкзака достал бутылку портвейна, откупорил её и причастился из горла.

– Ну и зачем я искал эту девчонку?

***

– Истина в вине, друзья!

«Друзья» соглашались и наполняли бокалы. Сид подал мне бутыль и я продолжил:

– Причастие, друзья, да будет кровь вином, а вино – кровью.

– Кровь – вином, вино – кровью, а вино в крови... – Добавил Заяц.

– Именно!

***

Утро наступало рывками. Клочками в мозг окружающая реальность. Толчками начинала бежать по венам кровь. С усилием, собрав тело, душу и разум в нечто похожее на меня, я открыл глаза. Вокруг был притихший флэт. Никто не спал. Почти всё было приведено в порядок и убрано, словно в разгар ночи приехали родители хозяина квартиры.

Некоторое время спустя он рассказал мне, что ночью, уже после того как я вырубился, Заяц вдруг продекламировал стихотворение Блока «Вхожу я в тёмные храмы» и вышел в окно.

К приезду «скорой помощи» он уже был мёртв.

Глава 5: Сказки о силе.

В метро Кощей вошёл тоже бесплатно. Милиционеры не взглянули на него, хотя обычно объёмные рюкзаки вызывали у них неудержимое желание провести осмотр, турникет сделал вид, что сломан, а бабушка сидящая в будочке посмотрела в другую сторону.

– Ты крут! – Сказал я, заходя за ним в вагон метро. Кощей дёрнул уголком рта и обратился к Ромнону:

– А его, зачем с собой взял?

– Это же Злой, друг мой, мы с ним скоро дело замутим хорошее…

– Я просил не называть меня так, я хочу забыть это прозвище. – Я не столько рассердился за вновь упомянутое прозвище «Злой», сколько испугался, что Ром расскажет о нашем «хорошем деле». Кощей и так дал понять, что не в восторге от меня, а как бы он отреагировал на наши планы выращивать у меня дома Длань Богов, для последующей продажи – неизвестно.

– Не замутишь. Спёкся парень. – Сказал Кощей.

Ромнон смутился, посмотрел на меня потом на Кощея.

Поезд метро поехал, и мы оказались разделены стеной шума.

***

– Ты плохо почистил картошку. – Заметил один из участников посиделки. Я мог бы описать его в двух словах – программист-художник, но не ручаюсь, что вам бы помогло это описание. Звали его Дервиш.