Белые птицы (книга первая)

«Если это не сон…, и я не дома, – где же я?!?... – лихорадочно соображал наш маленький Мук, слыша, как о стены барабанных перепонок комнаты громко колотится его сердце. – Или, вернее, сначала лучше определить – когда?..»

Стараясь издавать как можно меньше шороха, Миша поднёс к глазам наручные, подаренные бабушкой, часы и включил подсветку: на экране высветилось 3-е сентября текущего года.

«…Господи! Выходит, всё произошло на самом деле и…, боже мой, ведь простившись с Таней, я уснул прямо на лавочке, на глазах у всех ребят (а то и преподавателей)!!! И это в первый же день… Какой позор!!! Как я покажусь на занятиях?!!? – заёрзал Крошка под одеялом, судорожно подбирая рифмы объяснений.

- «Брось! Не о том сейчас нужно беспокоиться: сперва выясни, в чьей квартире ты находишься!» - пронеслось в его сознании неожиданно холодной строкой.

«Правильно! Сперва нужно выяснить, в чьей квартире я нахожусь. – опомнился Миша, внимая наставлению незримого советчика – Ладно, будем рассуждать логически: если я уложен в постель, значит хозяин дома доброжелателен и гостеприимен (по крайней мере ко мне) …

Стоп! А почему сразу хозяин?!?.

..» – среди прочих вероятностей блеснула вдруг у Крошки в голове счастливая догадка, и взъерошенное паникой воображение, расставив по своим местам остальное, живо сваяло лирическую балладу случившегося:

«Ну, конечно (и как я сразу не догадался)! Когда я уснул на лавочке, Таня (в машине, разумеется, был её дядя, и тот невинный поцелуй – всего лишь жест семейного приветствия)… Таня поняла, что самостоятельно я уже не в состоянии добраться до общежития, и попросила дядю (или папу) вернуться за мной.

Меня усадили в салон (вот откуда взялись размытые силуэты попутчиков на мосту!) и привезли сюда, в её квартиру. Что ж, лучший подарок судьбы и представить трудно!»

«Таня! Танечка!!!» – чуть не запел, было, в порыве чувств наш Крошка-путешественник; но новый приступ жажды обеззвучил его пересохшее горло.

* * *

Покинув комнату «зеро» и очутившись в поисках кухни в узкой, напоминающей тамбур прихожей, Миша уловил доносившиеся из прозрачно-голубого рябившего слева проёма (двери других комнат белели в разряжённом сумраке могильным безмолвием) приглушённое дребезжание ритмичной мелодии и кликанье мышки.

«Таня не спит! Наверно, засиделась за компьютером! (Ещё бы – столько событий)… Так, что же – я прямо сейчас могу?!… – закусив верхнюю губу, застыл Миша в оцепенении.