Ритуал. Эпизод первый

Лхудхар и те ребята из Секции отреагируют однозначно — попытаются ликвидировать угрозу Старшим расам в зародыше. Как только узнают, что некто использует древний ритуал для переноса способностей от эльфа к человеку, плевать им будет на закон — выживание вида важнее. Люди бы точно так же поступили на их месте.

Запутано все как… Вдохновитель экспериментов — человек. Без вариантов — кому еще может быть интересен такой результат, как люди, владеющие магией? И он ведь, скорее всего, не просто способности переносит, хочет, чтобы они могли передаваться по наследству.

Иначе какой смысл? Эльфы быстрее кончатся, чем люди научатся магией пользоваться! Да и трудоемко — если на каждого человеческого мага затрачивать столько сил и времени, ни о какой «рентабельности» говорить не приходится.

Однако, в его окружении есть и нелюди — человек не способен провести ритуал. А зачем этим условным оркам или эльфам сотрудничать с тем, кто режет их собратьев? Какие цели они преследуют? Не в клетках же их держат!

Ну и, наконец, почему сейчас? Если ритуал Торус позволяет переносить способности от одного вида к другому, как никто из «серебрянок» даже не подумал в этом направлении? Ладно я, мне такое и в голову прийти не могло, но они — плоть от плоти магических рас? В голову не пришло? Или же такие эксперименты уже кто-то пытался проводить, и они закончились пшиком? Кстати, вполне правдоподобное объяснение — эту версию не рассматривают, потому что она изучена и признана негодной.

Почему сейчас сработало?

Ох! Голова взорвется сейчас! Стоит только отвлечься, как ныряешь в этот водоворот и понимаешь все меньше и меньше! Надо к шефу идти, делать первый шаг.

Но прежде кое-что нужно уточнить.

— Василич, — позвал я домового. Когда он приблизился, я отчетливо, чтобы Кэйтлин слышала и не подумала, что мы про нее говорим, уточнил. — Что там по главе департамента? Закончил он встречу?

— Дома уже.

— А те, с кем он встречался?

— Проследили. Вот адрес, — он протянул мне адрес, вырванный из своей записной книжки.

Высший, кстати сказать, жест доверия от их племени. Часть себя ведь отдал.

— Сколько их?

— Двое мужчин. Если позволите, Антон Вадимович, опасные люди.

— Уголовники?

— Скорее, служилые… прошу прощения — военные. Профессиональные.

Час от часу не легче. За Линьковым что, наемников посылали? Что же он там нарыл в своем никому не интересном кадастровом департаменте?

— Родичи твои их послушать не могут?

— Никак. По адресу тоже стоит блокирующий артефакт.