Самватас: Вороний предел

– Можешь считать, что я просто проснулась здесь. С пером в руке.

– И что, тебе никогда не хотелось вернуться назад, в нормальный мир?

Лёля посмотрела на Демея с удивлением.

– Ты и правда безумец. Только сумасшедший может считать тот мир нормальным.

Чаевничали до поздней ночи. На втором чайнике Дементий согласился, что есть в пуэре какая-то своя прелесть. К третьему глаза начали слипаться.

– У тебя удивительно уютный дом, – зевая, сообщил он. – Но мне пора возвращаться в свой Подольский притон. Чтобы мне оторвали голову за ключи.

Лёля зевнула, прикрыла рот рукой и потянулась.

– Да куда ты пойдешь среди ночи? Оставайся у меня.

– Можно? Это не очень неудобно? – радостно спросил Демей, совершенно не желавший встречаться с разъяренным Семёнычем. – Я здесь на подушках отлично посплю.

– Спина тебе за это спасибо не скажет. Пойдем. Кровать у меня, правда, одна, но я обещаю не посягать на твою девичью честь.

– Это разве не я должен обещать?

– Какая разница, – она снова заразительно зевнула. – На чью-нибудь честь.

Можешь кухонный нож положить по центру кровати, как водится. Вообще надо меч, но меч потерялся. Идем уже спать, у меня сил совсем нет.

Солнечные зайчики танцевали между трещин на потолке. Где-то за окном пронзительно орали птицы. Стучали по жестяному подоконнику снаружи капли дождя.

Демей осторожно повернул голову и встретился глазами с Лёлей. Она лежала, подложив ладони под щеку.

– Привет, – сказал он тихонечко. – Давно не спишь?

Она кивнула.

– Нужно было меня разбудить.

– Я смотрела, как ты спишь.

Дементий медленно вдохнул. Ему казалось, что стук его сердца слышен на весь квартал. Лёля протянула руку и взъерошила ему волосы.

– Ты очень спокойный во сне. Как маленький.

Сердце норовило проломить грудную клетку. Дементий сосредоточился на одной единственной мысли: «нельзя».

– Я ночью просыпался. И тоже за тобой наблюдал.

Она рассмеялась.

– Поцелуй меня, что ли?

Дементий смотрел, как солнечный зайчик ползет по коже ее плеча, и чувствовал, как с каждой секундой в нем нарастает волна, готовая смыть все на своем пути.

Он сжал зубы, запрещая себе думать о том, какая она на ощупь.

– Ты жестокая все-таки.

Лёля приподнялась на локте, посмотрела на него еще раз. Долго. Пристально. Потом провела пальцем по его щеке. Демей выдохнул и притянул ее к себе.

Вынырнув на миг из бушующего урагана солнечного света, простыней и ее рук, он из последних сил отстранился и спросил:

– Ты уверена?

Она смотрела на него, прикусив губу.