Найденыш 7. Наследник

Он уже видел, как меняется настроение Тагира и Арсения. Значит, правильно просчитал ситуацию. Страж прекрасно понимает, насколько ценны эти бойцы, но и обижать их не хочет, мягко отстраняя от интенсивных тренировок. Васька Смородин, с которым Никита уже успел поговорить, признался в больших изменениях в методиках подготовки. Действительно, времена настали другие, и требования иные, более современные, основанные на новейших принципах ведения боя. Русско-маньчжурский конфликт это показал со всей беспощадность. Партизанские методы меняются на разведывательно-диверсионные.

Это хунхузы еще могут так воевать, а для потайника топтание на месте сродни смерти.

- Если ты обеспечишь им достойную старость и нужность – забирай, - честно сказал Васька.

Первым задал вопрос Страж.

- Поедете с Никитой в Вологду? Приказывать не имею права. Только без обид. Если нет желания – оставайтесь. Подумайте. У вас есть ночь для этого.

- Отпускаешь, значит? – осторожно спросил Тагир. – Ну, вот, Арся! Сподобились, в отставку отправляют…

- Да не ерничай ты, - поморщился Арсений, наклонившись вперед и сцепив руки в замок.

– Где мы там будем жить?

- Мы построили поселок для работников имения, - ответил Никита. – Там будут жить только те, кто дал присягу Роду. Место прекрасное, не хуже Раздольной. Речка неподалеку, дорога, электричество, канализация, водоснабжение. Да и зимы помягче чем здесь.

- Смотри, как поет, - толкнул Тагир Арсения плечом в плечо. – Как коробейник зазывает. Даже интересно, что у него за товар за пазухой.

- С Любашей надо разговаривать, - кивнул Арсений. – Без ее согласия никуда не поеду.

- Ну, мне легче, - ухмыльнулся Тагир. – Моя Маруся не местная, ее ничего здесь не держит.

- Переезд – дело не быстрое, - выдохнул Никита. Кажется, одного перетянули на свою сторону. Уже победа. – Я не тороплю. Но до зимы желательно уже быть в Вологде. Ладно, вечером жду вас всех в гости. Там еще и поговорим.

Глава третья

Петербург, август 2013 года

Тамара, Даша

В первые дни после отъезда Никиты в далекий Албазин, про который Даша, к своему стыду, не знала ничего, как, впрочем, и в своей Яви, девушка чувствовала себя не в своей тарелке.

Не то чтобы на нее смотрели как на невиданную зверушку, привезенную хозяином из заморской страны, но заинтересованные взгляды челяди и мужчин, занятых охраной поместья, ловила на себе часто. Единственная из всех, кто искренне посоветовал Даше не замыкаться на своих чувствах и эмоциях, была Яна.