Кокон

И в самом деле, Максим только вот сейчас обратил внимание, что весь город, то есть старую его половину, где они сейчас и находились, окутывала какая-то желтовато-золотистая дымка. Обычный утренний туман? Так дело-то к обеду, уже должен бы и рассеяться…

— Ну? — Вероника дернула своего спутника за руку. — И чего теперь? Может, как-нибудь в объезд прорвемся?

— По лесным дорогам? — Макс неожиданно улыбнулся: а ведь девчонка говорила дело.

* * *

На АЗС уже змеилась очередь, больше всего почему-то за «девяносто вторым», хотя и у колонки с «девяносто пятым» машин тоже хватало. Но у «девяносто второго» все равно было больше, раза в три точно — подъезжали с канистрами, бочками…

— «Девяносто второго» осталось пятьсот литров! — объявил по громкой связи усталый женский голос.

— Больше сорока литров в одни руки не пробивать! — выскочив из потрепанной «четверки», громко заорал пожилой мужичок в роговых очках, чем-то похожий на сельского учителя.

— Не пробивать! Точно — не пробивать! — тут же поддержали его те, что стояли сзади. — Эй, харя! Ты куда свою бочку тащишь? Убери от греха!

— Ты кого харей обозвал, сука очкастая?! — Здоровенный бугай — рыжий, кудлатый, с оттопыренными ушами, — вытащив из прицепа пластмассовую бочку литров на двести, деловито примостил ее у колонки и угрожающе обернулся: — Сколько мне надо, столько и беру, понял, гад?

Однако взять «интеллигента» на испуг оказалось не так-то просто!

Развернувшись, он принялся тут же апеллировать к «задним» и говорил недолго, но доходчиво:

— Вы только посмотрите на эту сволочь, товарищи! Мы ж предложили бензин поровну, по справедливости разделить, а этот гад…

— Стрелять таких куркулей надо!

— Кого стрелять? Меня стрелять? Ты это кому говоришь, морда гнусная?

Бросив бочку, рыжий здоровяк ударил очкастого по лицу… отлетев на асфальт, очки разбились с противным хрустом, сам «интеллигент» упал… Но на его место тут же бросились сразу несколько человек с монтировками, видно по всему — настроенных весьма решительно.