Океан уходит, океан приходит

– И это только наш мир! А ведь есть еще сотни, тысячи других… – тут ее энтузиазм начал понемногу спадать, долгий монолог отнял у нее все силы. – Ладно, лекция окончена. Все, вяжите на здоровье, пленяйте, отправляйте куда хотите, устала я от вас…

− А… – к Залвину понемногу стал возвращаться дар речи. – Другие миры, ты их много видела?

«Ага, кое-кто заинтересовался. Надо этим воспользоваться», – подумала она.

− Э нет, дружочек, я уже еле-еле языком ворочаю, а вон подруге твоей явно не терпится меня куда-нибудь сдать, так что, прости, боюсь, не получится у нас побеседовать… - Налия вздохнула, подошла прямо к Залн, протянула ей руки.

Та молча сверлила ее глазами. Ох, суровая дама была эта Залн, такие типажи все время в фильмах про военных бывают – сообщают солдатам, что у них новый сержант – женщина, и они радуются, думая, что все, теперь у них не жизнь будет, а малина, а тут приходит такая, как Залн, и выбивает из них всю душу.

– Ты говорила о добровольном отказе от смысла и о пользе заведомо бессмысленных мероприятий для морального удовлетворения.

– Думаешь как тему исследования взять? Для конференции? Да тебя в Центр отправят лечиться, с такими-то идеями! − встрял Залвин. – Но я бы послушал... Смысл бессмысленности, надо же! А мне вот по мирам надо отчет написать, уже так давно новых описаний не делал, и ведь всем плевать, что странников мы уже давно не находили…

Налия молчала. Тут самое главное было не давить, не переиграть, пусть сами поймут, как выгодно будет не сдавать ее.

– Так, может, действительно не будем звонить сьюмменсам? Не сейчас? – предложила одна из сестер.

– Это нарушение всех инструкций…

– Мы уже нарушаем их, даже думая над этим…

– Но мы можем узнать…

Тут у Залн запищало непонятное устройство на поясе, и волей-неволей ей пришлось опустить винтовку. Она приложила аппарат к уху и слушая, как скрипучий голос что-то докладывает ей, настороженно следила за всеми остальными. Наконец, она убрала устройство.

– К утру мне надо быть на границе. Саат-хо чего-то буянят. Через час придется выезжать. Хорошо, – она еще немного поколебалась и опустила ружье. – Пусть она пока побудет здесь, я буду молчать.

Очевидно, в этой четверке она была негласным лидером, потому что остальные с заметным облегчением тут же опустили свои винтовки на землю.

Но Зи-Эл не спешил сделать тоже самое.

− Где гарантия, что никто из вас не передумает?

− Зи-ил… − Залвин приподнял очки, потер глаза.