Океан уходит, океан приходит

Этот волшебный напиток как будто бы позволял ей видеть больше, дальше, глубже, ей хотелось наклониться к воде, взглянуть на свое отражение, − не появились ли у нее вертикальные зрачки? Она поднялась на ноги, раскинула руки, потягиваясь. Хотелось делать одновременно тысячу вещей: пробежаться по влажной траве, упасть на землю, почувствовать щекой росу. Она тайком посматривала на Зи-Эла, пытаясь представить, каким бы он был, вырасти он в каком-нибудь другом мире? И какой бы была она сама, если бы прожила всю жизнь где-нибудь еще?

Они вернулись в машину лишь к рассвету, когда ночь и Айч-ара опьянили их настолько, что они едва держались на ногах.

С большим трудом забрались в кузов, упали на матрас, почему-то на один. Пьяная неловкость. Она собиралась чуть отодвинуться, как вдруг ее резко притянули к себе. Зи-Эл был словно отлитая из металла скульптура – высвободиться нереально.

Ей почему-то стало очень смешно.

– Не надо, − прошептала она. – Иначе мы совсем расслабимся, а нам нужно быть злыми… Чертовски злыми, да… Ты сам говорил…

Но тут она поняла, что он уже спит.

Пьяным крепким сном очень усталого человека, сжимая ее, словно в тисках, так что ей почти не пошевелиться. Она с большим трудом устроилась поудобнее. Голова ее уткнулась ему прямо в грудь, тоже как будто стальную.

Она вздохнула.

– Я буду звать тебя стальным палачом. У нас статуя такая есть в краеведческом музее… Он огромный, злой, и глаза у него из зеленого стекла… Вот-вот снесет чью-то башку! Я с ним болтать по душам любила, когда мелкая была.

***

А потом все завертелось, как бетономешалка, события замелькали одно за другим. Но кто-то словно помогал им, направлял их. Словно Кто-то могущественный поддерживал их в их борьбе. Иначе как можно было объяснить, что, когда они ехали назад, вдруг пошел сильный ливень, и на границе (Залн, конечно же, уже сменилась) никто не стал останавливать их, расспрашивать, с какой это они целью ездили к Саат-хо и что это у них в кузове, лишь махнули руками, мол, проезжайте!

Иначе как объяснить, что в назначенный день собралось столько народа? Как объяснить, что Зи-Элу удалось найти нужные слова, чтобы они все пришли? Как объяснить, что Налия, которая так плохо спала накануне – ей являлись страшные океанские мальчики - которая так нервничала, вдруг почувствовала в себе небывалую силу и уверенность, выходя к этим людям.

Это она-то, всегда ненавидевшая публичные выступления!

− Меня зовут Налия, − бодро говорит она.