Океан уходит, океан приходит

− О, я вижу, что нам удалось до тебя достучаться? Приятно слышать. Но давай условимся раз и навсегда: ты никогда, запомни, никогда не вернешься в свой мир. Ты никогда не выйдешь отсюда, если не сумеешь пройти реабилитацию. Не вздумай врать, девочка, не вздумай симулировать! Эти странники всегда считают нас за идиотов… Уж здесь за годы работы научились отличать правду от лжи. Не думай, что, если вдруг ты станешь такой смирной и покладистой, это спасет тебя. Либо ты будешь верна Сьюму всей душой, либо…

− Пошла на… − отчаянно прошептала Кимми.

− На самом деле за твой нрав тебя давно было пора отправить туда, куда мы отправляем все… помехи. Но я вижу, что ты уже сдуваешься, недолго осталось. Операция по корректировке сознания − сейчас крайне редко удается ее выполнить, а ведь нам нужно провести демонстрацию для будущих сотрудников Центра. Ты будешь следующей, пусть все видят, что мы обладаем достаточной квалификацией, чтобы сделать людей даже из таких, как ты… Главное, не сильно затягивай с этим, девочка… Я велю, чтобы тобой занимались усерднее.

Я вижу, у тебя высокий болевой порог, а инстинкт самосохранения атрофирован, но даже ты сломаешься, рано или поздно. Я даю тебе время, время, но не вечность!

Она развернулась, чтобы уйти, уже на выходе обернулась.

− Если ты надеешься на свою подругу, то зря. Она могла бы быть полезной Верхнему отряду, но она была так же глупа, как и ты.

Мы умеем быстро устранять помехи, запомни это, девочка.

− Пошла на хуй! − раздалось ей вслед.

Но звучало это жалко и вовсе не так уверенно, как раньше.

Нет, эта старая сука просто блефует, хочет, чтобы она отчаялась и поскорее стала этаким овощем, вот и все. А она таким не будет, она будет бойцом до последнего… Но почему-то после этого разговора Кимми совершенно потеряла всякую волю к сопротивлению.

Она больше не была Рыжим Варваром, лишь испуганной девчонкой, которой хотелось домой. Она в первый раз разревелась по-настоящему, и это было не остановить, даже зная, что за ней наблюдают и радуются, что вот, и эту доломали. А ей… все равно?

Ее по-прежнему регулярно осматривали, изучали, будто она мышь лабораторная, а Кимми уже было без разницы. Она спокойно реагировала на иглу со снотворным.