Океан уходит, океан приходит

Что это было сейчас, а? Выпьет она и совсем осмелеет, что будет тогда? Он останется в лесу наедине с живой нетрезвой женщиной? Вот ужас-то! Лучше бы закрылся в своей комнате и книжку читал. А теперь уже поздно. Хотя ладно, не съест она его. Да и выпьют они совсем немного, к тому же закуска есть. Сейчас сделают костерок. До чего уютно сидеть в лесу, у костра, на природном ковре из мха и вереска. Тут все проблемы, все волнения будто растворяются, остаются где-то далеко-далеко, за гранью этой реальности.

Вскоре соблазнительно запахло жареным мясом, и Братишка, проглотив слюну, полез доставать бутылку. Немного для аппетита… Жаль только, стаканов у них нет, можно было бы произнести тост. Стоп, он же теперь великий волшебник, что, неужели и стаканов сделать не сможет? Вон из той коряги можно соорудить два прекрасных деревянных кубка. Сфокусироваться, вот она, твоя энергия, пляшет на кончиках пальцев…

Кубки вышли такие страшенные. И кривые. Ну и что, наливать в них можно, и ладно, зато с первой попытки получилось.

Разливаем… По чуть-чуть, как договаривались. Немного перед едой, немного во время, немного после. А все остальное Кэйангу. Уж он расколет своего наставника, уж он заставит считаться с собой! Столько времени Братишка молчал и держался в тени, но эти времена прошли. Что там Салварре говорил? С этой штукой следует быть осторожнее? Да они же только немного попробуют, что может произойти?

Марта пошевелила угли в костре и сказала, что нужно подождать еще немного.

Как же долго запекается эта проклятая птица! Ну что ж, чтоб не сидеть просто так, надо снова выпить по чуть-чуть. Не такая уж и ядреная эта наливка, так легко пьется, так мягко обволакивает горло, согревая его. И вовсе не пьянит, нет. Пожалуй, можно и еще, пока еда не готова.

− За возвращение моих друзей! Ну, или чтобы Кэй рассказал, в чем тут дело, он… долбаный! − Братишка вскинул руку с самодельным кубком и внезапно повалился на спину, чудом не расплескав наливку.

− Что, уже вставило? − хмыкнула его подружка, пошевелив угли.

− Не-ет, − засмеялся он. Почему-то настроение резко улучшилось. И чего он тут неделями ходил в депрессии, непонятно. Все же вон как здорово. У него лучшие летние каникулы в мире: он крутой маг, ну, то есть эуктор, отлично проводит время в славном мире с приключениями, выпивкой, вон, можно сказать, и с девками. Жизнь удалась.

Братишка залпом допил все, что осталось в стакане.