Океан уходит, океан приходит

Ему просто все равно.

− Но почему? Они могут что-либо объяснить?

Он качает головой, поражаясь такой глупости.

− Они не обязаны тебе ничего объяснять. Забери свое заявление.

Кэй скомкал пожелтевший лист бумаги и швырнул его на пол.

− Почему я просто не могу отправиться туда же? Если им нужно уничтожить этого эуктора с его силищей, то я с этим справлюсь куда лучше.

Равнодушный взгляд.

− Это не допускается. Но если тебе интересно, мы почти определили мир, которому он принадлежит.

Новость вроде бы хорошая, но почему-то Кэйангу стало тревожно.

− И что будет, когда вы наконец найдете его?

− Подождем, пока он выйдет на контакт. Пока начнет действовать. Видишь ли, он контролирует океан, а океан − его. Большой прилив наступит, и очень скоро. А затем мы сможем уничтожить его.

− Так почему я не могу сделать этого? Я же буду посильнее, чем какие-то странники? Ответь мне, чтоб тебя! − Кэй уже начал звереть.

Все отвлеклись от своих занятий, уставились на него, как на умалишенного. Не принято здесь повышать голос.

Да и, судя по всему, опять он какую-то чушь сморозил.

− Кэйанг, − устало вздохнул Скайн. − Эуктора такой мощи можно уничтожить только одним способом: уничтожить мир, которому он принадлежит. И если ты хочешь спасти свою, хм, команду  − обучи как следует того мальчишку. Да, что ты таращишь глаза? Ты думал скрыть то, что он тоже эуктор? Зачем? Как глупо. Так вот, обучи его, и, если повезет, он успеет их вытащить оттуда. Но тебе запрещено в это влезать, тот эуктор мигом почувствует проводника и затаится.

Что, снова напишешь заявление, чтобы с них сняли эту миссию? Говорю же, ничего у тебя не выйдет. Они не меняют своих решений.

Кэй слышал, как у него в голове снова и снова звучали фразы, произнесенные бесцветным голосом Скайна: «Уничтожить мир, которому он принадлежит»… Если повезет, он успеет вытащить их». Остальное он как-то прослушал. Казалось, время остановилось, вязкое и тягучее, как желе. Тусклый свет от неизвестных источников, издающих еле слышный гул, словно телеграфировал ему в мозг: ве-е-ечнос-с-с-сть… с-с-серая вечнос-с-сть…

Наконец, губы его шевельнулись:

− Нет.

Я буду требовать разговора с ними. Напрямую.

И тут же тишина обрушилась на него. Лица у всех вытянулись. Вроде бы в этот раз он не повышал голоса, но услышали его буквально все. Гигантский механизм замер, шестеренки застыли на местах. Кэй протянул руку за бланком. Даже Скайн выглядел удивленным и не сразу вручил ему необходимую бумагу.