Океан уходит, океан приходит

Не завтра − утром. Утром, которое все никак не наступит.Утро, которое так медлит и заставляет меня страдать еще и от моего эгоизма. У меня достаточно времени, чтобы в подробностях рассмотреть, насколько подло я поступаю.

Может, я успею что-нибудь сказать вам на прощание. Объединитесь вы уже с тем регионом, с которым враждуете. Снесите этот ваш Центр, а потом уже воюйте себе на здоровье. И ваш главный − точно наркоман, я бы не доверял ему, и не только поэтому.

Мне правда жаль, что придется вас кинуть, но для меня на первом месте мои друзья и их безопасность.

И утром я сделаю все, чтобы ее обеспечить.

Светлеет ли небо? Или мне показалось?

Глава 16. Я так не думаю

Коридоры невероятно длинные, точно в сюрреалистичном кино или кошмаре. Налия бежала, почти не касаясь пола, даже не замечая того, что Золлан вдруг начала отставать, не слыша, что та пытается окликнуть ее. Ничего она не слышала, кроме ударов собственного сердца, причем где-то на уровне горла.

Однажды, еще в детстве, Налия увидела труп какого-то животного.

Он уже был далеко не первой свежести и кишел опарышами. Она тогда тоже бросилась прочь, но сотни, тысячи отвратительных личинок все равно остались перед ее глазами, и было невозможно изгнать их из собственной головы. Кажется, после этого она научилась не бояться разных многоножек и тараканов, но некоторые существа вызывали… Не то что страх, а, скорее, такое скользкое гадливое чувство, что его не прогонишь так скоро, не отмоешься от него. Вот так и с трихосомусами.

Извивающийся, чавкающий клубок гадких тварей… Конечно, она не забыла свои прошлые встречи с этими созданиями, но все равно увидеть их тут, да еще в таком количестве, скучившихся, перекрутившихся... Это казалось нереальным, с их-то… строением, с лишними конечностями, но это так и было. Они что-то доедали. Что они могли тут жрать, да еще с такой жадностью?

Когда рыбины двинулись к ним, как всегда, клацая когтями, она не отпрянула. Она увернулась, метнулась к шевелящемуся клубку из сомов, к тем, что доедали… что-то.

Непонятно как, но растолкала их винтовкой, хоть и не своими руками, и все равно дотрагиваться до них было отвратительно. Им не нравится слишком яркий свет, включить фонарь на полную мощность… Что, проклятье, что они там едят?

Она как будто снова знала, что увидит. Обрывки ткани в луже крови, блестящей и густой, подошвы липли к ней… Но посередине… Полуобглоданая, но все же узнаваемая человеческая рука.