Океан уходит, океан приходит

Вместо этого он отпивает глоток пойла саат-хо. И чувствует, как оно обволакивает его горло.

Безумие точно эпидемия. А он невольно помогает ей распространиться. Теперь их много. Почти половина отряда этого региона.Она много всего делает, этого не отнять. Вот только как это работает, он не понимает. Но все больше народу с ними.

Правда, закончилось все очень предсказуемо.

Интересно, когда им надоест ломать эту комедию и они просто убьют его? Судя по тому, как они все переполошились, восстание продолжается.

Не так он себе представлял свержение Сьюма, вовсе не так... Его еще держит мысль о несовершенной мести, но он устал, просто устал. Ему бы уже давно стало все равно, вот только уж слишком часто Роззен маячит на пороге. Наверное, надо сказать спасибо тем, кто превратил его глаз в заплывший мешок с кровью: видеть ее стало труднее, а поэтому можно представить, что никого раздражающего там и нет.

Потому что он уже слишком устал.

Перед тем как снова отключиться, в голове почему-то все время всплывает яркое небо прямо перед самым рассветом. Он не помнил, чтобы когда-нибудь задумывался о нем, разве что поднимал взгляд вверх, чтобы прикинуть время.

А теперь оно постоянно встает перед его закрытыми глазами. На небе в определенное время много основных и активных цветов − и никто никак не может проконтролировать это.

Такое небо было после одного очередного собрания заговорщиков. Она снова заснула прямо за столом, уронив голову на руки. Это почему-то особенно раздражало его: она постоянно валялась на полу, сидела на столе, да еще и с ногами, засыпала, где придется. Да, все вокруг идет кувырком, но хоть в таких-то вещах нужно соблюдать порядок.

− Сейчас же встань и иди, ляг нормально! Сколько раз повторять, здесь нельзя оставаться на ночь, сюда может приехать кто угодно!

Никакой реакции.

Он резко выдвинул стул. Но все равно подхватил ее, как-то инстинктивно. Даже после этого не очнулась, нет.Обвила его шею руками и прошептала:

− Уходи...

А он только тяжело вздохнул, как и в то бесчисленное число раз, когда все его бешенство, все его раздражение просто-напросто разбивалось, натыкаясь на... на что именно, он не имел понятия.