Океан уходит, океан приходит

Центр напоминал муравейник – этакий большой, бетонный, футуристичный муравейник, даже издали можно было видеть, как повсюду ходят-суетятся люди. По всему периметру решетчатого забора, несколькими рядами окружавшего весь комплекс, была расставлена охрана. Вдобавок за забором почему-то было вырыто некое подобие рва, прямо как у средневековых замков, окружавшего все постройки. В воде какого-то странного зеленоватого оттенка виднелись фигуры купающихся людей. Замок-муравейник. Только сунься туда − и муравьи-солдаты мигом оторвут тебе башку.

– Я поняла, − вздохнула она в ответ на требовательно-вопросительный взгляд Зи-Эла.

Всю дорогу назад они молчали. Он по-прежнему сидел, уставившись вперед и вцепившись в руль, а ей хотелось психануть, хотелось врезать кулаком по чему-нибудь, хотелось снова поругаться со своим молчаливым спутником, будто это его вина была, что Центр был такой здоровый и неприступный, что пытаться проникнуть в него было все равно, что идти с ложкой против толпы трихосомусов.

Но вместо этого она только спросила:

– Что за люди были в воде?

Он медленно повернул голову, и взгляд его был таким злобным, что она решила, что вот теперь он точно ее прикончит, чтоб не мешалась.

Но Зи-Эл коротко ответил:

– Санитары.

Всю дорогу до штаба они не проронили ни слова.

В заколоченном здании блока пятнадцать, где она и пряталась, Налия мрачно опустилась на матрас, на котором спала, и принялась читать местную газету, толком не вникая в смысл. Она была чертовски зла, и ей хотелось куда-нибудь излить эту злобу.

– Если у твоей подруги нет суицидальных наклонностей, то она пока в относительной безопасности, – задумчиво произнес Зи-Эл, нарушая тишину.

Налию беспокоилась вовсе не поэтому. Да, Кимми импульсивна, истерику может закатить по любому поводу, выйти из себя из-за любой ерунды, но чтобы покончить жизнь самоубийством… нет, это не про нее. Да она, скорее всего, сейчас злая как черт и мечтает навалять всем. Другое ее волновало - она с трудом верила в поголовную тягу плененных пациентов Центра к суициду.

– Да что вообще за бред с этими отравлениями? В этой психбольнице строгого режима, где вы держите людей, которых считаете больными, яды находятся в свободном доступе? Надоело жить, на, выбирай чем травануться, так, что ли? – воскликнула она. – Вон на полке стоят таблетки, бери, не стесняйся, так, что ли, выходит?!

Зи-Эл молчал, лицо его ничего не выражало, и это просто приводило ее в ярость.