Мы Система

Дорогой строгий костюм, белоснежная рубашка резко контрастировали с повседневной одеждой его подчинённых.

— Всегда рады помочь коллегам, — пожимая руку, сообщил майор Тармашев, — дальнейшее наше присутствие необходимо?

— Нет, майор, дальше мы сами, ещё раз спасибо.

Проводив взглядом отъехавшую Ладу, человек в звании генерала Федеральной Службы Безопасности Антонов Олег Владимирович кивнул подчинённым.

Из микроавтобуса на свет появилось широкое колесо, полностью идентичное запаске остановленного внедорожника.

Завершив обмен, оперативник прикрыл багажник.

— Работаем, — скомандовал старший.

Двери микроавтобуса распахнулись, на улицу шагнули ещё трое. Двое мужчин и молодая, одетая в лёгкое платье женщина.

Проследив, как один из троицы пристроил на плече профессиональную камеру, генерал вернулся к микроавтобусу и, устроившись в комфорте кондиционированной прохлады, принялся наблюдать за работой подчинённых.

Сильные руки рывком поставили Павла на ноги.

С головы сдёрнули мешок, и изрядно напуганный парень прищурился от солнечного света. Те же твёрдые руки толкнули вперёд к машине и бесцеремонно уткнули носом в капот. Ударами по голеням заставили широко расставить ноги.

— Фамилия, имя, отчество? — послышался за спиной холодный недружелюбный голос. — Быстро.

— Мои? — выдавил Павел сквозь нервно кривящиеся губы и, приподняв голову, попытался обернуться.

На затылок тут же легла тяжёлая ладонь и с силой грохнула лбом об капот.

— Голову не поднимать, — долетел до ушей голос.

Вместе с привкусом крови на губах Паша ощутил на затылке железную, придавившую его к капоту ладонь.

— Повторяю ещё раз. Фамилия, имя, отчество?

— Кутасов Павел Юрьевич.

— Вы — владелец данного транспортного средства?

— Я.

— Понятые, слышали?

В ответ прозвучали мужской и женский голоса.

— Итак, Павел Юрьевич, имеются ли у вас при себе или в принадлежащем вам автомобиле запрещённые законом предметы.

Оружие, боеприпасы, взрывчатка, наркотики?

— Нет, — выкрикнул лихорадочно вспоминающий свои прегрешения Пашка, — это какая-то ошибка, — выдавил он с надеждой в голосе и попытался вновь поднять голову, но на затылок вновь надавили, и Павел оставил попытки.

— Добровольно выдать запрещённые законом предметы вы отказываетесь, я правильно понял?

— Ничего такого у меня нет.