Колдун поневоле. Изморозь

План был бы не плох, если не учитывать два варианта: во-первых — среди бегущей по следу охраны, наверняка были оборотни, которые могли учуять запах бегуна как минимум за пару метров, во-вторых — камеры, отслеживающие перемещение заключенных по всему периметру, передавали данные в штаб, скорее всего, Топорину, а может и на гаджеты самих загонщиков.

Необходимо запомнить места, где установлены следилки.

Вряд ли их положение постоянно меняют, и, если я попаду в число «счастливчиков», то в первую очередь, вывести их из строя, а оказаться среди бегунов мне нужно если не на следующей неделе, то в крайнем случае, через одну.

Потер с остервенением лоб, стараясь понять, как провернуть подобное. Одно точно, придется форсировать события и в срочном темпе собирать компромат.

Вернул внимание экрану, на котором мимо решившего отсидеться в ухоронке зека, пробежал загонщик. Я даже удивленно вскинул брови.

Неужели прокатило?

Как выяснилось через пару секунд — нет. Резкий порыв ветра ударил в лицо охраннику, и тот остановился, принюхиваясь.

Злорадная улыбка расползлась по его лицу, а дуло автомата повернулось в сторону несчастного кустарника.

— Выходи, — хмыкнул он громко.

Заключенный не пошевелился, похоже еще на что-то надеясь.

Выстрелы прошлась у самого основания корней, выбивая из земли дерн и побрасывая его в воздух.

Нервы у бегуна сдали. С громки криком, он подскочил на ноги и сделал последний, отчаянный рывок, стараясь скрыться за ближайшими деревьями. Напрасно.

Следующая автоматная очередь прошила спину заключенного, заставляя его ноги подогнуться.

Бегун повалился на землю, уткнувшись носом в траву, больше не издавая ни звука и не шевелясь. На его тюремной робе начали расцветать алые пятна.

Загонщик подошел ближе, приставив ствол к затылку лежащего. Тишину зоны разрушил звук контрольного выстрела.

— Один готов, — сняв с пояса рацию и поднеся ее к губам произнес охотник.

Камера опять сделала скачек.

Что же, минус один, этого и следовало ожидать. Я зафиксировал в голове все кадры из увиденного, стараясь мысленно сложить карту местности и не упустить ни одной маломальской детали.

Обзор сместился на бегущего вдоль рва немолодого, бородатого зека. Было видно, что подобный бросок для него тяжеловат. Возраст и тюремная жизнь сделали свое дело, подкосив здоровье и выносливость.

Сразу понял — мужик не жилец. Думаю, он тоже знал об этом с того самого момента, как попал в число «избранных».

Нога беглеца подвернулась, и вскрикнув, он кубарем полетел вниз.