Сказъ про царевича Симеона, Бабу Ягу и тайные службы

А тебе уже пора домой, завтра, чай, рабочий день.

– Пошли, – вздохнула Славяна.

– Ты ступу возьми, – рассеянно напутствовала её Яга. – А то начнёшь опять выделываться... А нас и так уже за моральных уродов держат.

– А как же коньками по морде? – лукаво спросила Ягична.

– В другой раз, – хмыкнула ей в ответ бабушка.

На дворе Семён почесал за ухом Баюна, который заметно поменял к нему своё отношение. А вот большая чугунная ступа в гараже выглядела несколько необычно. Славя запрыгнула в ступу одним слитным, причём очень красивым движением.

И тут же окликнула Семёна:

– Ой! Я пест забыла! Поднеси?!

И она указала на стоящую в углу двухметровую черную палку, сантиметров 7 – 8 в диаметре, с небольшими коническими расширениями на обеих концах. Семён взял этот... пест?... в руки и... Пест оказался и правда чугунным, а потому тяжёлым. Но ударить в грязь лицом перед девушкой?! Семён положил пест на плечо и пронёс таки его необходимые 5 метров ни разу не останавливаясь отдохнуть и с выражением спокойной сосредоточенности на лице.

Славяна на это только усмехнулась и, взяв пест одной рукой, кивнула:

– Залезай!

Ага, залезай... Ступа – чугунный стакан художественного литья, Семёну чуть выше чем по пояс, довольно узкий, а там внутри уже Славяна стоит. Семён отжался о край ступы, хорошо хоть не острый, сел на бортик и аккуратно, стараясь не задеть Ягичну, перекинул ноги внутрь. Славяна на это ничего не сказала, но смотрела на него очень внимательно. Как только Семён разместился у неё за спиной, Ягична легонько стукнула пестом по полу гаража от чего ступа воспарила, и тут же заскользила к воротам, которые сами собой открылись.

Как только они оказались посреди двора, Ягична легко, словно бамбуковую трость, одной рукой, повернула пест горизонтально и положила его перед собой на края ступы. И в тот же момент ступа взвилась ввысь, в лицо ударил свежий ветер. И всё же что-то ослабляло поток набегающего воздуха, какой-то магический пузырь, от которого набегающие снежинки разбегались в стороны.

Семён стоял какое-то время просто заворожённый полётом, но наконец не выдержал и положил ладони на талию своей спутнице. Славяна чуть повернула голову и спросила:

– Тянет на старушек?

– Ты не старушка.

– Ты знаешь сколько мне лет.

Семён задумался: как выразить словами те ощущения, которым он привык доверять, но о которых до сих пор ни кому не рассказывал?

– Ты живее, чем все девчонки, которых я знал... И совсем нет ощущения старости.