Слепой охотник

Но она не видит, что с ним, а воображение немедленно вступает в игру – причём на стороне страха!.. И, будто откликаясь на этот её страх, снизу донёсся новый странный звук – уже не мычание, а далёкий глухой зов, судя по интонациям. Кажется, этот зов состоял из нескольких слов, но разобрать их было невозможно. Наверное, зовёт Женя?.. Но голос его доносится, как из-за нескольких слоёв плотно пригнанного друг к другу картона. Из-за этого ли, или из-за того что жуть надвинулась с новой силой, но Ирину снова продрало морозом по позвоночнику.

Трое переглянулись. Красимир неуверенно потоптался на месте, с отчаянием махнул своим прутом и ринулся вниз.

Ярослав и Ирина – за ним.

Последние три-четыре ступени следующей лестницы утопали, как на первый взгляд показалось, в воде – крепко заваренной чайной насыщенности. Она вроде и была прозрачной, однако как-то в самой себе: виднелись внутри неё дрожащие линии волнующихся волн в глубине, но… Ступени исчезли так, словно не вода это, а какой-то ковёр-обманка.

Как будто лестница оборвалась на последних видимых ступенях…

И, стоя на середине этой лестницы, Женя пытался тащить за подмышки какого-то мужчину, ползущего на животе по лестнице! Причём ноги неизвестного, как те же ступени, скрывались, словно обрубленные, в прозрачно-дымчатой жидкости! И впечатление складывалось отчётливое: жидкость вцепилась в ноги неизвестного и не собиралась отпускать их! Или его самого?

Но главное Ирина уяснила: если дымчатая жидкость не отпускает ноги мужчины, они, ноги, ещё есть!

Именно этот мужчина мычал натужно и, словно не замечая помогающего ему человека, из последних сил тянулся к верхним ступеням руками, которые то и дело падали на края ступеней, кажется, причиняя ему заметную боль, отчего он мычал непрерывно.

Красимир одним прыжком оказался рядом с Женей.

Наверное, Женя услышал шаги: одним движением он переместился на другую сторону от неизвестного, и теперь парни вдвоём с усилием потянули неизвестного мужчину из… Ирина ахнула: это не жидкость! Это тот дым, который сначала видел только Ярослав!

Она оглянулась на Змея.

Тот застыл, немигающе и оторопело уставившись на дымные волны. Только зрачки его глаз двигались, словно Ярослав следил за кем-то или чем-то в шевелениях дыма.

Страх заставил её вцепиться в перила. И, когда прежняя спокойная Ирина издалека в ней самой сказала: «Надо помочь ребятам!», скованная ужасом нынешняя Ирина не сумела разжать пальцев, сомкнувшихся на лестничных поручнях.