Хроники вечной жизни. Проклятый дар

Разве ты не знаешь, что оборотня по-другому убить нельзя?

Им повезло - через несколько часов они вышли к реке и смогли искупаться и выстирать от грязи и крови свою одежду. Франсуа отыскал несколько листов подорожника и, разжевав, привязал их к ранам на плечах.

К вечеру они, к бурной радости обоих, вышли из леса. Переночевав в поле, брат с сестрой к полудню уже подходили к небольшому городку Конфолан в графстве Дофине.

Первым делом Франсуа и Бланка направились к ближайшему постоялому двору, где впервые за несколько недель смогли по-настоящему помыться.

Затем они зашли к цирюльнику, который остриг волосы Бланки, и теперь ее невозможно было отличить от мальчика.

Вечером брат с сестрой устроили военный совет.

- Слушай, Бланка, мы должны подумать, куда нам идти, - начал Франсуа. - Мы не можем скитаться вечно, нам нужно что-то решить. Скоро осень, и странствовать будет невозможно.

- Знаешь, - задумчиво проговорила девочка, - я всё чаще думаю о Катрин.

Франсуа в недоумении уставился на нее.

- Не понимаешь? - улыбнулась Бланка.

- Я дочь графини де Ла Тур, а значит, племянница ее сестры Мадлен и кузина Катрин де Медичи. После смерти моей матери она стала владелицей Оверни, но живет она во Флоренции, ведь ее отец - тамошний герцог. Возможно, она могла бы нас приютить…

- А знаешь, это неплохая мысль, - оживился Франсуа. - Мы покажем твое кольцо, и она поймет, что ты ее кузина. Конечно, есть шанс, что она нам не поверит, но попробовать можно. В конце концов, мы ничего не теряем.

Утром следующего дня они отправились на восток, в сторону Италии.

***

Женевьева наотрез отказалась переезжать к Филиппу.

- Я верю, когда-нибудь Франсуа вернется. Если в нашем доме будут жить чужие люди, как он меня найдет? - объясняла она свое решение.

Ему пришлось согласиться, и он переехал в дом, когда-то принадлежавший другу его юности Рене Леграну. Как затейливо вьется веревочка жизни!

Несколько месяцев спустя Филипп получил возможность убедиться, что чуткое материнское сердце не обмануло Женевьеву.

Как-то вечером в дверь постучал высокий юноша, назвавшийся Патриком Кето. Он рассказал взволнованной матери, что не только видел Франсуа, но и провел с ним вместе несколько недель.

- Мы расстались в Лиможе, мадам, - сказал Патрик сидевшей напротив Женевьеве, - наш цирк повернул на запад, в Ангулем, а ваш сын пошел дальше на юг.

- А не знаете ли вы, сударь, - осторожно спросила мать, - куда он направлялся?

Юноша сокрушенно покачал головой.

- Нет, мадам.