Хроники вечной жизни. Проклятый дар

Жак пристально смотрел на отца, пытаясь разглядеть страх на его лице. Но видел лишь недоумение. Не оно было нужно Жаку: он хотел, чтобы тот боялся, до судорог, до паники, как когда-то он сам и его несчастная мать боялись этого вечно пьяного изверга. Юноша вытащил из-за спины толстую деревянную палку и легонько стукнул отца по руке.

- Да что такое?! - возмутился тот, потирая ушибленное место. Теперь в его глазах было негодование.

Опять не то. "Ну погоди же!" Жак с силой ударил дубинкой по плечу Патрика и на этот раз добился своего.

Что-то хрустнуло, отец издал громкий вопль, лицо его перекосилось от боли, он с ужасом уставился на непрошенного гостя. Наконец-то! Сын с мрачной радостью смотрел, как в глазах отца разгораются страх и ненависть. Вот они, те самые чувства, с которыми он сам так часто смотрел на Тильона-старшего! Вид скривившегося от боли отца, который пытался закрыться от ударов руками, еще больше разжег ярость юноши. "Ненавижу! Ненавижу!" Он размахнулся и снова опустил палку на раздробленное плечо. Патрик взвыл, а Жак вновь поднял дубинку, он бил и бил по лежащему телу, совершенно перестав себя контролировать и словно питаясь болью отца. А тот уже не кричал, лишь хрипел, изо рта его хлестала кровь, кости превратились в сплошное месиво.

В последние секунды своей жизни Патрик Тильон понял, кто стоит перед ним. Уже теряя сознание, он успел прошептать «Жак!», прежде чем удар тяжелой дубинки обрушился прямо на его голову.

***

Рене надеялся, что друг забудет о безрассудной идее захоронить рыцаря, но вскоре Филипп заговорил об этом вновь.

Рене в ответ тяжело вздохнул и покачал головой:

- Я не пойду.

- Почему? - удивился Филипп.

- Господи, ну, как ты не понимаешь? - он еще раз вздохнул и прошептал еле слышно: - Я боюсь.

Но Филипп лишь рассмеялся.

- Это ничего, Рене. Мой отец всегда говорил, что у страха есть предел.

- Как это?

- Если сильно-сильно себя напугать, то потом бояться перестаешь.

- Хм... и ты в это веришь?

- Как я могу не верить собственному отцу? - с достоинством спросил Филипп.

- И что ты предлагаешь?

- Мы сядем в подвале и будем друг другу рассказывать страшные легенды, пока не перепугаемся до предела. Тогда страх уйдет, и мы сможем похоронить рыцаря.

Рене недоверчиво пожал плечами.

- Ну хорошо, давай попробуем.

Жак Тильон, услышав их шепот, замер и обратился в слух.

Друзья запаслись новой веревочной лестницей, прямоугольным отрезом полотна величиной с человеческий рост, свечами и отправились в путь.