Трубы Тегваара

– Да, по инструкции, – как ни в чём не бывало продолжил Летунов, – я должен вывозить на полигон только просроченные боеприпасы.

– Да брось, капитан, видел я эти приборы, ерунда какая-то, трубки вроде подзорных, изготовленные во времена Союза, для какой-то засекреченной лаборатории. Они уже почти двадцать лет у меня на складе пылятся, и за всё это время ни разу ни одна душа о них не вспомнила. По сути, это никому не нужный хлам, и, если мы похороним их на полигоне, никто нам слова дурного не скажет. Ведь я не имею права хранить у себя невостребованные игрушки дольше отмеренного им срока профпригодности.

Сам знаешь, на моём складе каждый квадратный метр ценится на вес золота.

– Но я не имею полномочий их уничтожать, если это не боеприпасы. Оптикой занимаются другие структуры. Можно с ними связаться и организовать перевозку приборов отсюда на какой-нибудь их специальный склад… Или что там у них?

– Можно-то можно, но для этого нужно созваниваться, договариваться, оформлять немерено бумаг, выделять машину с охраной, напрягать людей, и всё ради коробки никчёмных, никому нахрен не нужных, списанных в утиль, трубок.

К чему весь этот геморрой, когда можно попросту отвезти их на полигон, уложить среди снарядов и шарахнуть. А после взрыва от приборов и следа не останется.

– Нет, я не повезу их на полигон, – остался непреклонен молодой капитан.

– Вот же черт упрямый! – в сердцах воскликнул подполковник и закурил очередную сигарету. – Скажи, ну чего ты боишься? Кроме нас с тобой, об этом ящике с оптическими приборами ни одна живая душа знать не будет.

– До взрыва не будет. А потом я передам этот список своему начальству…

– Ну и передавай на здоровье. Думаешь, кто-то ещё кроме тебя будет так же дотошно вчитываться в список уничтоженных боеприпасов. Да наплевали. Упакуют бумажки в соответствующую папочку, и сунут её в какой-нибудь пыльный ящик. А если кто-то и пожелает просмотреть список, поверь моему опыту, ничего криминального этот умник в нём не обнаружит. Ведь ключевая фраза в этом злосчастном двести шестьдесят первом пункте вовсе не оптические приборы, а срок беспрерывного хранения на складе девятнадцать лет два месяца четырнадцать дней.

Которая подтверждает, что на полигоне были уничтожены не нужные, не востребованные вещи.

– Может вы и правы, но я всё равно опасаюсь, и не хочу рисковать свом местом. Извините, товарищ подполковник, я не повезу эти приборы на полигон.

– Ну и чёрт с тобой, капитан. Ладно я сам с этими приборами разберусь. Вот смотри.