Не своя смерть. Предатель

Но в отличие от других, он сумел – как сказано в летописях – «вложить копье, поразившее змея, в руки последователей».

- И что это за копье?

- Та самая магия, которую ты испытал на себе.

- Магия? В руках святого?!

- Да какая разница, – Полина пожала плечами. – Можешь считать это волевым усилием, помноженным на эмоцию. От названия суть не изменится. Главное заключается в том, что Георгий Победоносец передал свои знания. Так зародился наш клан. В честь основателя мы теперь зовемся георго́сами.

- Георгосы… А что стало с навьями? Вы их победили?

- Нет.

– Девушка устало оперлась ладонями о собственные колени. – С тех пор прошло много веков непрерывной войны. Сейчас о навьях никто не слышит. Но сами эти существа никуда не исчезли. Они по-прежнему здесь. Только теперь в клане мы стали называть их иначе. – Полина стиснула ладони. – Уме́ртвия. Такое название хорошо отражает их сущность и базовую потребность – умерщвлять все живое вокруг.

Она взялась за цветочный горшок обеими руками:

- Сейчас я покажу одно из них.

Полина вытряхнула цветок прямо на столик. По стеклянной поверхности рассыпались комочки земли и торфа, неприятно звякнули мелкие камешки. Радмир, морщась, вглядывался в темно-зеленые пятна гниющих листьев:

- Тут нет ничего.

- Есть. Смотри внимательней.

- Куда смотреть-то?

Полина блеснула глазами исподлобья:

- Что? Вообще ничего не видишь? Похоже, окно познания закрывается. Надо спешить. – Она придвинулась ближе. – Подумай еще раз о магии, которую ты недавно испытал на себе! Помнишь? Или мне повторить? А?!

- Не надо ничего повторять, я верю, верю, - Радмир с опаской переводил взгляд с умирающей фиалки на собеседницу.

– Просто тут…

Один из комочков темной земли рассыпался, что-то шевельнулось под засыхающим листом. Как вдруг Радмир громко выругался и отпрянул.

- Это еще что за… - спиной вжался в диван.

Как оказалось, смотрел он вовсе не туда. Стоило сощуриться, и открывалось тайное: в россыпях торфа корчилось коричневое существо, похожее на чешуйчатую куколку крупного насекомого.

Извиваясь, оно жалило стол, сухие листья. Потом вслепую подползло к основанию корня. Тотчас впилось и присмирело. Видно было, как по тельцу прокатывают волны.

- Это и есть умертвие. Мелкое.

Радмир оторвал взгляд от стола и уставился за спину Полины:

- Что… тут за место?

- Я же сказала – полигон.

Подвал было не узнать. По стенам ползла бурая плесень, над цветами вилась крупная мошкара.