Не своя смерть. Предатель

– Они зачаровали окна, чтобы ослабить магию! Бейте изо всех сил!

Из клиники вырвалось пятеро человек: двое бросились к автомобилям на стоянке, остальные побежали через газоны прямиком к трассе.

Трясущимися руками Радмир снова поднял бинокль. Отыскав взглядом девочку, которая билась на полу, он собрал собственный страх в плотную сеть и накрыл ею цель. Девчонка распласталась в бессилии, но, похоже, осталась жива. Однако теперь ей грозила новая опасность – бегущие люди. Седой мужчина как мог заслонял ее собой, не давал затоптать.

- Радмир, черт бы тебя побрал! Не мешай! – рявкнула Даша. – Если не хочешь пачкать руки, просто вали отсюда! Не вмешивайся!

Но на месте той девчонки могла быть Ирка. Могла быть мама.

- Хватит! Перестаньте! – Радмир отшвырнул бинокль.

Собрав всю доступную злость, он представил лиловое облако ослабляющего тумана – и накрыл этим облаком троих георгосов. Ему не хотелось никого убивать – только остановить, остановить эту бойню.

Чары подействовали: Даша с ожесточением стискивала слабеющие кулаки, Виталик с недоумением вынул наушники из ушей и глядел теперь на собрата.

Водитель-георгос и вовсе опустился на корточки, тяжело дыша.

- Вот, значит, как… Срываешь операцию, - Даша обернулась. Глаза ее, подведенные черной тушью, запылали. – Решил сыграть на руку врагам?

- Кто вам дал право убивать людей?! Да вы сами не лучше лазаритов!

Даша рассмеялась, и ветер укрыл ее лицо за белой вуалью из волос:

- Пытаешься нас остановить? Ты сильный, Радмир! Вот только в магии нужен опыт.

А у тебя его пока маловато. Наслаждайся, предатель!

Тотчас Радмир ослеп от боли. Казалось, раскаленным прутом ему прошило левое плечо насквозь. Даже закричать не получилось – с сиплым стоном он рухнул набок. Скорчился, ничего не видя из-за кроваво-красной пелены перед глазами. Только слышно было, как Даша вновь скомандовала:

- Быстро! Очнулись! Продолжаем! – раздался шорох мелких камешков под подошвами ее сапожков.

– Виталик, помогай мне! Вместе: второе окно у гардеробной – старик в синей рубашке… Давай, давай!.. Так, хорошо. Теперь – вон та баба с мелким, они за стойкой прячутся. Обоих.

Радмир задыхался. Безудержно пытался сделать хотя бы крошечный вдох, вот только от нестерпимой боли весь воздух тут же вырывался обратно сдавленным стоном. Само его тело – как захваченный зверь – дико сопротивлялось пытке, которой не было видно конца.