По праву рождения

Эрин осторожно села на громко скрипнувшей постели, нащупала куртку на тумбочке. Быстро зашнуровала ботинки и закинула за плечи рюкзак. Оконная рама поддалась со второго раза. Она осторожно выбралась наружу и побежала в сторону леса, заметив метнувшихся за ней двух небольших волков.

***

Артур захлопнул капот «тойоты» далеко за полночь. Он разогнулся, вытер руки и устало потёр шею, надавливая на позвонки. Если бы не приличная доплата за срочность, он бы закончил ремонт завтра до обеда, но слушать недовольное ворчание Саманты не хотелось.

Клиент должен забрать машину в десять утра. Без вариантов.

Сложив инструменты в ящик, Артур выключил свет и закрыл мастерскую. Было тихо, почти идеально, если игнорировать доносящееся до чуткого слуха рычание двигателей большегрузов, которые постоянно курсировали через границу. Мысленно он перенёсся в лес, дальше охотничьих троп, туда, где на многие мили — девственная природа и настоящая звенящая тишина, спокойствие и безмятежность.

Только став старше, Артур научился ценить уединение, а не видеть в нём лишь проклятие, и единственное, о чём иногда жалел, — что не может ни с кем разделить недолгие часы настоящей свободы.

Порой Саманта, его сестра, спрашивала, не передумал ли он, не хочет ли вернуться к своей наречённой. Артур не представлял тихую Зои, обожающую свой саксофон больше, чем что бы то ни было другое, в лесу, у костра, в походе или просто ночующую под открытым небом, наблюдая за звёздами. Они оба не хотели быть парой. И Артур, под благодарным взглядом Зои, сказал об этом их семьям. Заставить их быть вместе, к счастью, никто не мог.

До дома было полчаса езды. В стороне от дорог, маленький и неприметный, он идеально им подходил, и за последний год старшая сестра не раз заговаривала о том, что было бы неплохо выкупить его и обустроить.

Провинциальный Джекман, затерявшийся в лесах недалеко от границы штата, будто застыл во времени. Никаких развлечений, только редкие проезжие, которые останавливались заправиться и купить продукты.

Однообразные, тянущиеся, как жвачка, прилипшая к подошве, дни достали бы любого энергичного человека, но они искали уединение и тишину. В таких городках местные делили людей на «своих» и «чужаков». Им повезло, их приняли и не спрашивали о прежней жизни.

Они с Самантой осели здесь шесть лет назад, выкупив на последние деньги пришедшую в упадок мастерскую у местного забулдыги. И впервые Саманта, которая разбиралась в тачках лучше него, всё оборудовала сама.