Будь моим Водителем. Часть 1. Слово Внешнего

Но что он тут забыл, говорили же не высовываться! Жаль, что он не Птаха… В следующую секунду думать стало окончательно некогда.

Один из «нижних» зашипел от боли, хватаясь за бок. Вэл метнулся в сторону, но тут же покатился по земле от сильнейшего удара. Марек скривился, словно прилетело ему самому. Впрочем, тот, кто отвлекся на Вэла, пожалеть об этом уже не успел. Так, хотя бы «выйти из окружения» удалось, теперь пусть эти ребята сами думают, как не свалиться в провал с битыми стеклами. Но куда подевался Вэл? Вроде бы краем глаза Марек видел, как невысокий черный силуэт перекатился через плечо – и все, пропал.

Слишком темно. Хоть бы догадался куда-нибудь спрятаться…

- А, чтоб тебя!

Марек отвлекся на долю секунды – слишком много. Из захвата освободиться удалось, но противник попался на редкость упорный. Пониже ростом, но сильный и крепкий. Уворачиваясь, Марек оступился, противник воспользовался моментом и мгновенно ударил. Правую руку пронзила боль. Вроде бы пришлось вскользь, нож Марек не выпустил.

Его противник замахнулся снова – не на добивающий, опять туда же. В этот раз не получилось, но Марек понимал, что это вопрос времени...

- Я кому говорил – не трогать!

Противник Марека тут же проворно отскочил, остальные тоже утратили к нему интерес. А из того самого провала в стене возник весьма колоритный персонаж. Не будь Марек зол как сто чертей, да еще и ранен, ему точно захотелось бы эту физиономию зарисовать и подсунуть да хоть тому же Косте.

Но сейчас в адрес этой физиономии желание у него было ровно одно – впечатать ее в ближайшую стену, где гвоздей побольше.

Впрочем, откровенно говоря, выглядел явившийся персонаж так, как будто с ним это уже проделали, и не один раз. Ростом парень был не сильно выше Вэла, худощавый, но точно не задохлик. Уж если он этими деятелями так командует, значит, и дерется не хуже, в Нижнем городе иначе не бывает. В темных растрепанных волосах пара совершенно белых прядей – то ли ранняя седина, то ли еще какие причуды генетики, парень точно не из тех, кто будет баловаться мелированием.

«Морда крысиная», - говорила Джерри, и лучше его описать было невозможно. Маленькие, близко посаженные глаза, все лицо какое-то мелкое и заостренное, да еще эта противная манера одновременно щуриться и скалиться – видел Опоссум (а это точно был он) явно плохо, очки к образу жизни не подходят, а на линзы в таких кругах не раскошеливаются.