Чьи-то крылья

А хорошая пара, перспективная. Вернее, Стафен перспективный, в следующем году мог бы уже в начальники участка идти. Напарник его непонятен пока, ни рыба, ни мясо. Но тут уж всё от Стафена зависело. Как себя поведёт. Но могла быть очень перспективная связка, да.

Василь, конечно, и не такое переживал. Он помнит, что здесь было после революции.

Но вот если бы перспективная связка продемонстрировала свою перспективность прямо сейчас и выжила.

— Ну, — сказала Клара. — Тряхнём стариной?

В отличие от людей, ящеры внешне не стареют.

И вообще растут всю свою долгую жизнь. И ведь никто не скажет, что Клара и Василь в один год родились. Только Клара на пенсию собралась, а Василю ещё пахать и пахать.

***

Лиза решила, что если тот симпатичный сантехник вернется живым (все сновали с такими лицами, будто сейчас в подъезд несут гроб), то она, пожалуй, даже пожертвует в фонд какой-нибудь помощи какую-нибудь сумму. А ещё возьмёт себя в руки и позовет сантехника в кафе. В конце концов, двадцать первый век на дворе, почему бы девушке не взять инициативу на себя.

***

Стафен сосредоточился.

Инструкции он все знал наизусть. И ещё иногда имел смелость прийти к каким-нибудь выводам самостоятельно.

И если он видел перед собой яйцо размером с ящера, то можно было ожидать, что как раз с ящером оно каким-то образом и связано. Не факт, что с тем самым, но...

Вообще-то Стафену ящер-напарник особенно-то нужен и не был. Ему вообще напарник не нужен был после Клода. Клод его всему научил, дальше можно было работать и так.

Есть же сантехники без напарников, потому что ящеров в конторе несколько меньше, чем людей. И Стафен не прочь был стать одним из таких одиночек. Криста ему вообще навязали. Клод сказал что-то вроде "я тебе дал всё, что знал, теперь иди и неси свет этого знания в массы". И Стафен пошел, соответственно, нести.

Крист в сравнении с Клодом...

Ну, ящер после интерната и четырех лет техникума. Какой он может быть из себя?

Конечно, не Клод.

Конечно, было... странно.

И конечно, Стафен чувствовал себя брошенным.

Это он сейчас сидит посреди странного страшного леса и себе честно говорит. Он чувствовал себя брошенным и обиделся. И согласился на напарника и связь, всё так же продолжая быть брошенным и обиженным.

И связь установилась. И она работала, была, жила. Но оставалась вот такая. Механическая.

Крист спас Стафену жизнь шесть раз, а Стафен Кристу — пять. И теперь был должен. Но разве напарники сидят и считают, кто кому и чего. Считать — это к бухгалтерам.