Уволен посмертно: Девятка Пик

Парень мигом отпрянул от трактирщика, толково подобрался и развернулся на голос, из рукава выглянул охотничий нож. И правильно, только дураки с одной уставной саблей по тракту ходят. Девятка сбросил капюшон и закинул слипшуюся серую прядь за ухо. Уши полукровки из подземелий никак за человеческие принять было нельзя, потому обычно охотник не стригся коротко. Но сейчас образ бродяги-подземника только на руку, очень уж берегли своих женщин темные дети Паучихи. Вот и подорожник должен был вспомнить, что убийство мужчины дроу иногда и прощают, а вот за смерть своих драгоценных и малочисленных женщин принимают возмещение только кровью.

– Зачем тебе, подземник? В старый рудник вход закрыт давно, нет тут разработки лет сорок. И горы наши под рукой князя Сорна, вот сейчас его именем спрошу: для кого тут вынюхиваешь?

– Не о том говорим, подорожник. Ты сказал: «заплачу кровью, убийце не жить». Было? Где эта сраная сосна, я один по вашим горам ее год искать буду. Думай, мальчик думай. Что тебе твой сержант говорил? Ну должен был учить не только кулаками махать.

Улики надо собрать все, а не только те, что тебе самому нравятся. Не убивал твой зять твою сестру. Он жадный трус, но тут уж до свадьбы надо было ему ноги ломать, сейчас поздно. Прата знает, кто убил. Догадывается, но даже сейчас не скажет этого вслух. И мы с тобой можем взять след убийцы. Закончить все так, как должно. Хотя... можешь еще одуматься и двинуть в септонский храм, там хватит пары монет для молебна.

– Было, говорил. Если уж мстить, так виноватому.

Колдун это сделал, верно? Никого чужих в деревне не было. Я отведу тебя к старому руднику, бродяга. Расскажешь по дороге кто ты, зачем лезешь не в своё дело?

- У сосны расскажу. Если я прав. А если нет, то нечего и болтать попусту.

Дорога заняла все оставшееся до заката время, и Девятка решил считать темноту благим знаком. Раскисшая глина добила не досохшие в кабаке ботинки, надёжные и любимые штаны продрались так, что даме не покажешь, и вот, наконец, тропа уткнулась прямо в зев заброшенной шахты.

Подорожник выдохся еще часа два назад, дышал загнанной лошадью, но продолжал ползти по скалам с каким-то обреченным упорством. И то радость, без местного проводника в горах найти дорогу было бы чистым волшебством даже для дроу.

– Жди тут, человек. Мы пришли. Здесь был вход в рудник, верно? Серебро добывали?

– Медь, ушастый. Но и меди хватало на то, чтоб князь Сорна ходил в золоте. Было бы серебро, из Белирада сразу бы выехала целая комиссия.