Виктор Цой - охотник на вампиров

- Ты его застудил, наверное. Когда на поле алюминиевые огурцы собирал, - она ухмыльнулась. - А что означает эта песня? Можешь объяснить? Уже столько лет люди над текстом бьются, пытаются понять, что ты вообще имел в виду. Там ведь не об огурцах поется, да? В ней же есть скрытый смысл?

- Конечно, - ответил он и замолчал.

- И это все? - возмутилась Лили Лу. - А объяснить?

- Потом сама поймешь.

Цой поднялся.

- Пора. Я чувствую их.

- Ура! - сказала Лили Лу, мгновенно вскакивая. - Снова насилие и убийства? Как же я это люблю.

Они прошли в зал. На сцене три пьяных парня с тусклой растительностью на лице и гитарами в руках пытались разобраться с проводами, барабанщик позади них принимался иногда бешено колотить по тарелкам, но быстро затихал. На танцполе топталось несколько кучек говнарей и школьников, ещё с десяток людей сидели, развалившись, на диванчиках, лохматых от разорванного дермантина, и смотрели, скорее, на своё пиво в пластмассовых стаканах, чем на сцену. Цой безошибочно выследил вампиров среди школьников и говнарей.

- А у них есть че-ю, - улыбнулась Лили Лу, кивая на название. – Ну что, тихой сапой да по щам?

- Тихо не получится, - сказал он. – Они не в куче.

- Ты как девочка, - Лили зевнула. – Что в тебе находили вообще?

- Кто находил?

- Да все.

- Обычно во мне находили транквилизаторы.

Лили Лу улыбнулась.

- Гордишься этой фразой, да? Думаешь, её будут в пабликах цитировать?

- Где цитировать? - он помотал головой.

- Давай, - Лили посмотрела в его усталое, грязное лицо, - бей уже. Полегчает.

- Не торопи, - он расстегнул сумку, нагнулся. – Сейчас всё будет.

Он вдруг замер и оглядел зал.

- А ты никогда не задумывалась, почему они здесь собираются и вот так одеваются?

Лили Лу рассмеялась, бросилась вперёд и вытащила из толпы парня в кожанке. У парня в руках была баклажка Очаковского, зрачки – два чёрных тёмных провала. Налакался крови с димедролом по самое не могу.

- Вот, у него спроси! Давай!

- Не буду, - Цой достал из сумки топор, молоток для отбивания мяса и несколько сложенных газет. - На вот, прикройся, - попросил он.

- В смысле? – парень взял газету. – Это мне? Что прикрывать-то?

- Лицо, - сказал Цой. – Как будто ты прикорнуть решил, ну как всегда вы делаете, когда нажрётесь.

- Ты же Цой, да? – парень засмеялся, раскрыл газету и положил её на лицо. –А я думал, что ты умер.