Как стать злодеем в Габене

Полли Уиннифред Трикк выдержала долгий испытующий взгляд, даже не моргнув, хотя это было непросто из-за кривляний мерзкого мальчишки, который выглядывал из-за спины мамочки.

– Вы не очень-то похожи на того, кто способен нам помочь, – важно проговорила миссис Гриззелоу, обладательница длинной шеи, носа с горбинкой и блеклых, почти отсутствующих губ.

«Забыла свой полицейский шлем дома!» – хотелось ответить Полли, но она утомленно вздохнула и сказала лишь:

– Вы ведь писали в газету, мэм?

Подумать только: за последние пару часов она уже добрую дюжину раз успела услышать, какая она ни на что не годная и что даже от чокнутого констебля, мистера Пресс-папье, было бы больше пользы – длиннее список уничижительных замечаний и пренебрежения в ее адрес за один день прежде выдавала лишь великая и ужасная Эления Трикк, ее собственная мать.

– Но я рассчитывала, что придет мистер Трилби или хотя бы мистер Уиггинс, – заметила миссис Гриззелоу.

– Они очень заняты, мэм, и послали меня. Но я сделаю все возможное, чтобы помочь вам в вашем затруднении.

– Это не затруднение! Это преступление! Гнусное! Коварное! Возмутительное!

Полли согласно кивнула и поглядела на сына миссис Гриззелоу. Юный Эдгар, тощий, с серой кожей, острым носом и насмешливыми пуговками глаз, оттянул пальцами уголки губ и состроил очередную рожу.

Почувствовав шевеление за спиной, мать обернулась, и мальчишка тут же нацепил на лицо невинное выражение.

Полли вздохнула – все те дома, которые она успела посетить, имели кое-что общее: в каждом обитало маленькое злобное существо, разбалованное до невозможности и вызывающее своим поведением непреодолимое желание вытянуть руки и немедленно придушить его.

У нее до сих пор в ушах стоял звон от визга семилетней Клотильды Флитвер, аккомпанировавшего каждому вопросу, который Полли задавала ее отцу. Хуже этого был лишь плач девятилетней Филли Торнхилл, няня которой суетилась возле своей воспитанницы, собирая ее слезы в фарфоровую чашечку (мерзкое зрелище). Конкуренцию в зловредности Филли мог составить лишь восьмилетний Хьюи Парсилл, угрожавший сжечь своих родителей в их постели, а заодно и Полли, если все будет не так, как он хочет. На платье у мисс Трикк синело неоттираемое уродливое чернильное пятно, оставленное близнецами Бреммон, но это – ничто в сравнении с тем, сколько «пятен» оставили все эти дети и их родители в ее душе.

Эдгар Гриззелоу достойно продолжал цепочку маленьких злыдней – иначе их и не назовешь.