Как стать злодеем в Габене

– Наличие почтового ящика не подразумевает наличие рук, которые его откроют, мистер Черникк. Вы довольно долго служите при главпочтамте, и мне кажется странным то, что вы так этого не поняли.

– Да, сэр, – старший почтальон опустил голову. – Вы правы, сэр. Прошу прощения, сэр.

Господин главный почтмейстер чуть смягчился:

– Вы молоды, мистер Черникк. Но когда вам исполнится хотя бы пятьдесят, вы наконец смиритесь с тем, что в Габене нет никаких добрых и могущественных сил, которые испытывают бескорыстную тягу облагодетельствовать и осчастливить кого бы то ни было только за то, что тот якобы целый год вел себя хорошо.

Но зато в Габене есть я, и в моей власти выдать вам праздничную премию за достойную и примерную службу.

Мистер Черникк чуть приободрился.

– Премию, сэр?

Главный почтмейстер с важным видом кивнул.

– Именно. И в следующем году вы также получите премию, если продолжите быть тем, кого не стыдно называть почтальоном. Глядите, лет через пять-семь даже сможете позволить себе кофейный варитель «Нефферс».

Старший почтальон опустил голову.

– Я могу идти, сэр?

– Вы могли идти еще три с половиной минуты назад.

Мистер Черникк кивнул и покинул кабинет. Черствость начальника выкачала из него последнее подобие праздничного духа. Недаром за глаза господина главного почтмейстера называли Мистером Биркой – подобные формализм и канцелярскую бездушность еще поискать.

– За мной, – велел тем временем господин Биркинс застывшим в ожидании автоматонам и двинулся к низенькой двери в глубине кабинета.

Механические служащие почтамта полязгали следом, провожаемые грустным взглядом мисс Уотинг: судя по всему, не только мистер Черникк осмелился подложить в эти мешки свое письмо.

– Видимо, мне так и не дождаться в подарок сердца мистера Черникка, – с тоской прошептала она. – А ведь я так хорошо себя вела весь год…

Господин главный почтмейстер не услышал ее слов. В сопровождении механических подручных он вошел в небольшую комнатку, которая плавно перерастала в швартовочную площадку.

Разводная стеклянная стена пока что была закрыта, перед ней на специальных упорах стоял небольшой аэростат с гербом Почтового ведомства на ржавом (некогда бордовом) борту. Грузовой шлюз аэростата был открыт, навигационные фонари уже горели, а из труб тоненькими струйками курился красноватый дымок. Малым дирижаблем главпочтамта пользовались очень редко, но сейчас его отбытие было лишь вопросом времени.

Господин Биркинс подошел к аэростату.