Как стать злодеем в Габене

Благодаря этому узлу, баланс во время хождения улучшается.

– Это мой личный секрет! Откуда проклятый Шапиро вызнал его? Он не просто заявился в Габен без разрешения, так еще и украл мою технологию?!

Мистер Блохх был в ярости. Он уже ничего не понимал. Шапиро. Кто он такой? Откуда взялся? Как он смог выкрасть секрет? И самое главное…

– Где я мог раньше видеть эту куклу?

Потрясенный внезапно посетившей его догадкой, мистер Блохх поспешно расстегнул камзол Человека-в-красном, перевернул болванчика и застыл. Сердце дрогнуло…

На деревянной спине куклы стояло клеймо – и не просто клеймо какого-то там кукольника, который изготовил этого болванчика.

Там чернел личный цеховой знак: «Г-н Г-н».

– «Господин Гудвин», – прошептал он. И вдруг в памяти всплыла картина: нож взрезает деревянную заготовку, прорисовывается лицо Человека-в-красном, игла подшивает этот самый камзол. Нож и игла в его собственных руках!

– Это я… я тебя сделал. Давным-давно…

Вот почему он забрал у Шапиро Человека-в-красном! Да потому, что он узнал в нем одну из своих первых кукол! Но как…

– Как ты оказался у Шапиро?

Мистер Блохх поморщился и неожиданно почувствовал, как заболел лоб… и скулы, и нос, и глазницы… а еще заболели ребра.

– Да что же это такое?!

Он зажмурился. И в мыслях вернулся в Заплатный переулок. Вот только на этот раз все предстало вовсе не так, как он помнил прежде. Вот и он! Лежит на снегу, а кулак мистера Паппи несется к его лицу. Рядом прыгает ничего не понимающая Карина, за ней волочится поводок. И нет никакого Шапиро.

Лишь Гудвин…

Он открыл глаза.

– Шапиро… Это я…

И тут он окончательно все понял. Он вспомнил, как много лет назад придумал этот псевдоним – вместе с ролью кукольника. Еще до того, как стал Гудвином. «Шапиро и папперетки». Но этот образ был недоработан, в нем крылся изъян. И ему на смену пришел скрытник Гудвин из переулка Фейр. Но почему Шапиро вернулся?

– Почему я вспомнил его и стал им? Этого не было в планах…

Мистер Блохх положил куклу на стол.

– Это урок… – прошептал он.

– Я преподал урок себе. Я ненавижу манерников и в то же время… желаю греться в лучах славы среди актеров. Все те личности, которыми я прикидывался, это ведь шедевры. Настоящие, подлинные жизни. И я сделал их своими руками, я воплотил их…

Мистер Блохх заглянул внутрь себя. Это противоречие разрывало его на две части. Манерник и скрытник… они пытались завладеть им – обоими он хотел быть в одно и то же время, не понимая, что это невозможно.

Блохх покачал головой.