Как стать злодеем в Габене

– Я как раз этим занимаюсь, сэр.

– Он врет, сэр! – вставил Уиггинс. – Он с утра дрых за своим столом. Впрочем, как и всегда. А потом ходил на обед!

– Подтверждаю, сэр! – вставил Хатчинс. – А Уиггинс вообще явился только полчаса назад. А еще он пьян: понюхайте сами, сэр! От него разит «Понтабрюхом»!

– А вот и нет! – попытался защитить свою и без того запятнанную честь Уиггинс. – Это не «Понтабрюх», а «Горринус», вообще-то.

– Уймитесь уже! – прикрикнул господин редактор, кряхтя поднимаясь по заставленной ящиками и коробками лестнице.

– Вы – проклятые бездари! Сплошное разочарование! Так и не придумали до сих пор злодейское прозвище для Зои Гримм! Или вы хотите называть ее по имени в статьях?! Какая пошлость! Какая банальщина! Фу, фу и еще раз фу!

– Мы предлагали варианты прозвища, но вам все не нравится, – оскорбленно пробурчал Уиггинс. – А между прочим, я придумал очень хорошее прозвище! «Мисс Снеговик»!

– Нет, это чушь, – бросил Хатчинс. – Она же не сама снеговик, а только командует снеговиками. Если верить слухам, а мы им верим, потому что наша газета называется «Сплетня».

Мое прозвище намного лучше. «Снежная Воровка»!

– Глупость несусветная, – поморщился Бенни Трилби. – Прозвище для мисс Гримм, которое находится у меня в разработке, намного лучше. Оно емкое, звучное и хлесткое, как… как…

– Как твое вранье, – вставил Уиггинс. – Все знают, что ничего ты не придумал и не придумываешь… И вообще, гляди-ка, чтобы этот сюжетец не упорхнул из-под твоего носа, как история Человека-из-Льотомна.

– Я тебя предупреждаю, Уиггинс, – зашипел Бенни Трилби, – еще слово об ограблении банка Человеком-из-Льотомна, и я за себя не ручаюсь!

Газетчика было легко вывести из себя упоминанием сенсационного и, по его мнению, лучшего в его жизни репортажа, который он написал и подготовил к выпуску, но который отклонили за мгновение до передачи в печать. По его собственному мнению, его бессовестно заткнули – банкиры не могли допустить, чтобы он во всех подробностях рассказал о том, как их унизили.

И одна мысль об этом приводила его в ярость.

Уиггинс знал, чем поддеть коллегу, и Бенни Трилби пообещал себе утереть нос этому пройдохе. Когда он допишет статью, над которой сейчас работал, тому не останется ничего иного, как искусать себе все локти от досады…

Господин редактор и три его главных пираньи пера между тем поднялись в печатный зал, сразу же погрузившись в стук клавиш пишущих машинок и дым от дешевых папиреток. Их появления, вроде как, никто не заметил.