Маргоша - 4. Черная луна

Проснувшись, Вера Михайловна пытается встать и похозяйничать вместе с Марго. На попытки Маргариты уложить то ли «маму», то ли «свекровь»в постель, та категорически противится:

- Машенька… Ой, Марго, не могу я лежать...

- Врач рекомендовал постельный режим. Давайте я завтрак приготовлю, а потом поговорим.

А вот о Машеньке и как на нее похож Игорь, несмотря на приобретенные мужские черты, Вера Михайловна готова говорить часами:

- Знаешь, я на твоего Игоря все утро смотрела, и чем больше смотрела, тем больше узнавала в нем мою Машеньку….

Нет, конечно, это теперь мужчина и характер совсем иной… Но, все-таки, родные черточки нет-нет, да проскакивают.

Маргарита не спорит:

- Ну, вам виднее

5. Редакция «М&Ж». Калугин нерешительно топчется возле кабинета главного редактора – кто там за дверью? Марго? Или, может быть, Маша? Андрею стыдно за то, что у него произошло ночью с Егоровой и Маргарита должна понять, что это случайность, что он вообще ничего не помнит ни про отель, ни про Наташу. Он мучается: «Войти или не нет? Что она скажет?».

Наконец, Калугин решается и заходит: за столом сидит Гоша, он поднимает голову от бумаг и как-то странно смотрит на вошедшего. Неужели, это все, что осталось от прежней Маргариты? Калугин сглатывает комок в горле:

- Г-г-гоша?! А…, Марго?

Игорь чуть запинается с ответом:

- Ее…, не будет.

- С-c-cовсем?

Гоша неопределенно пожимает плечами. Калугин сбивается и отводит глаза:

- Значит, совсем… Не могу привыкнуть… Марго! Ты теперь сама видишь, что из нашей любви…, ничего бы не вышло!

Голос ответчика невыразителен:

- Да, не вышло…

Андрей все больше горячится, будто убеждая себя:

- И может быть даже к лучшему, что мы тогда так больно расстались… Сейчас получилось бы во сто крат больнее!

- К лучшему…

6.

На самом деле, выслушивать откровения Калугина Гоше не интересно, а напоминания о трагедии пережитой любимой женщиной и свидетелем которых он был сам, неприятны. В голове у Игоря проносится: «Я тебе еще припомню мою пижаму», он встает и направляется к Андрею. А тому вдруг становится невыносимо душно… Сердце ухает вниз: «А вдруг она…, он меня захочет поцеловать?». Калугин испуганно делает шаг назад:

- У меня есть женщина! Мы с Наташей…, вчера!

Гоша усмехается и протягивает руку для рукопожатия:

- Все-таки, с Егоровой? Рада за тебя. Надеюсь, мы останемся друзьями.

Калугин вяло ее пожимает и выходит из кабинета. У него на душе становится даже легче: «Чтобы теперь сказала Алиса? А мама? Нет, все правильно».