Принципы выживания

Ноздри уловили запах колбасы, которой недавно закусывал его противник.

На какое-то время оба застыли во всё усиливающемся напряжение мышц.

Александр ещё раз попытался высвободить трость, уже понимая бесполезность этого. Висельник дёрнул на себя – не смотря на худобу, силён он был как вол. Чтобы не опрокинуться, трость пришлось выпустить. Так мэтр хотя бы вернул свободу движения. Он отскочил к стене. Это был угол, куда он забился, как мышь в западню. Грудь сдавил незримый обод, пот заливал глаза, руки тряслись… Он слишком разгорячился, нельзя ему.

Но разве его кто-то спрашивал?

Прижавшись спиною к стене, Александр обернулся к противнику. Тот успел подняться, используя для опоры отобранную трость. Его взгляд скользнул по полу, высматривая нож. Висельник отбросил один из тюков. При тусклом освещении и среди множества вещей пропажу так сразу было не отыскать. Длинный перехватил удобнее трость и решил, что обойдётся без ножа.

Вогнать железный наконечник в глазницу – идея показалась ему весьма заманчивой.

Мэтр опустил руки. Теперь для него точно было всё кончено. Висельник рассудил именно так. И вновь ошибся.

Пальца отвязали с пояса небольшой мягкий мешочек. Александр не смотрел на них. Его взгляд не сходил с подступающего противника. До чего звериная харя. Кровожадная. Хотя даже в диком мире мэтру не доводилось встречать таких. Порой люди не то, что уподобляются животным, – оказываются намного опаснее.

Шаг. Длинный замахнулся на него его же собственной тростью.

Александр набрал полную грудь воздуха.

И, держась пальцами за низ мешочка, выпростал его содержимое в рожу убийце. Со стороны могло показаться, что он осыпал его мукою или пылью, в общем, чем-то, что облаком окутало голову молчуна.

Облако это возымело молниеносный эффект.

Во-первых, “пыль” попала в нос, а оттуда в гортань и лёгкие. Человек закашлялся. И кашель становил тем сильнее, чем больше вещества впиталось в кровь через слизистые покровы.

Во-вторых, его ослепило. Частицы “пыли” вызвали сильнейшее слёзоотделение – обычная реакция на острый раздражитель.

Ну и, в-третьих, он полностью потерял ориентацию в пространстве. Голова закружилась. Висельника повело в сторону, ноги заплелись, и он упал во второй раз.

Он ревел и матерился. В его глотке слюни мешались с соплями и слезами. Он тёр глаза и ничего не видел. Ползая по полу, он ещё пытался отмахиваться палкой, ведь ослепивший его старик был где-то рядом.

Мэтр выждал момент, когда Длинного скрутил очередной приступ кашля.