Стреломант. Том 4

Почему преподаватели шли с солдатами спокойно и по своей воле? Неужели среди них нет ни одного заговорщика? Поверить в это было решительно невозможно, и, к сожалению, на ум просился совершенно другой вывод.

Преподаватели, в отличие от студентов — обученные и подготовленные реадизайнеры. Они позволили увести себя в одно место, где, объединившись, напали на свое охранение, которое наверняка хотя бы частично да утратило бдительность, уверенные, что самое сложное позади. И, если студенты брали лишь числом, да и то едва-едва, то слаженная атака нескольких взрослых и сильных реадизайнеров могла разом уничтожить не один десяток солдат.

Хотел бы я посмотреть на их рожи, когда по их душу придет парочка быстрых как стрелы Иллюзионистов, когда они поймут, что их хваленый реадиз просто-напросто ничего их не делает.

Хотел бы, но не не суждено. И хрен с ним. Сейчас цель все та же — оказаться подальше отсюда.

— А вы, вы в курсе, что происходит? — не отставала Амина.

— В курсе. — ответил я. — Но сейчас об этом говорить не следует. Идем с нами, поговорим по пути.

— А куда идем? — подозрительно покосилась Амина. — Вернее, куда идете вы? Я не уверена, что мне есть смысл идти с вами.

— Не хочешь, не иди. — я кивнул в сторону зданий академии. — Только там жара закончится не скоро. А мы планируем свалить от нее как можно дальше, и в идеале — переждать ее.

— Тогда я с вами. — кивнула Амина. — Такой расклад мне нравится. Только вот что делать с ним?

И она кивнула на Широ, бездыханной куклой валяющегося под ногами.

Я посмотрел на него тоже.

Старый я наверняка прикончил бы его. Это самое просто что можно было бы сделать.

Но это даже слишком просто. Особенно когда прямо здесь же лежит вариант намного хуже для самого Широ. Вариант, который сулит ему то, чего он боялся больше всего и чего он больше всего не хотел.

— Я знаю, что делать.

Мне пришлось несколько раз перевернуть мертвого солдата с боку на бок, пока я не нашел то, что искал — трубку ярко-красного цвета, закрытую сверху плотным колпачком. Точно такую же, какую отбросил раненый мною солдат возле общежития после того, как выпустил из нее красную ракету.

Правда, что с ней делать, я не знал, а никакой инструкции на ракете не было.