Солнечная лиса

Вдруг очень ясно Дарье вспомнилась девчонка из парка - пухленькая, с раскрашенной челкой – и её слова: «Не выключай свет сегодня ночью».

Непонятный, но почему-то такой пугающий, такой мертвящий звук раздался снова, и Даша, выйдя из своего ступора, суетливо потянулась к выключателю висящего над кроватью светильника. Лампочка зажглась, и тут же замигала с тихим треском. Девушка испуганно уставилась на неё, но свет всё же не погас. Правда горел очень тускло, словно лампочка была на последнем издыхании. В этом неверном свете Даша оглядела комнату.

Компьютерный стол, встроенный стенной шкаф, мебельная стенка, кресло… Всё как всегда. Щёлкающий звук раздался снова. Девушка подняла глаза к потолку…

Вопль застрял у нее в горле, вырвавшись наружу жалким, едва слышным хрипом. Сердце болезненно сжалось в груди, а руки и ноги мгновенно оледенели.

Оно было немного похоже на человека – худое тело, с торчащими позвонками и ребрами, обтянутое зеленовато-серой кожей, длинные тонкие жилистые конечности, изможденное костистое лицо с черными провалами глазниц, и почти невидимой полоской рта.

Оно сидело на потолке, возле стены. Колени его тощих ног выгибались назад, и это наряду с оттопыренными локтями придавало ему сходство с пауком. Оно прижималось животом к потолку, и приподнимало лысую бугристую голову, глядя на Дашу круглыми немигающими глазами, белёсыми, как брюхо дохлой рыбы. Оно шевельнулось, и разинуло рот длинной узкой щелью, и из его глотки снова послышался тот щёлкающе-ворчащий звук. Оно вытянуло руку, и чуть переместилось по потолку, как чудовищное насекомое.

Это движение вывело Дашку из ступора. Она закричала, скатываясь с кровати. Одновременно с её криком замигал и без того тусклый светильник. Тварь, словно только и ждала её крика, метнулась по потолку. Девушка запуталась ногами в одеяле, попытавшись встать, и рухнула на пол, больно ударившись уже ранее ушибленной рукой об пол. Крик оборвался, превратившись в болезненное шипение. Светильник погас, снова окунув комнату в темноту, наполненную щёлканьем, скулящим ворчанием, и шорохом быстро перебираемых конечностей.

Даша приподнялась, морщась от пронизывающей до самого локтя боли, затравлено огляделась. Тварь сидела в паре метров от нее, прижимаясь животом к полу, и оттопырив вверх локти и колени. Несмотря на темноту, Даша видела это отвратное существо во всех подробностях. Оно пощелкивало и ворчало, словно не одобряя дашкиного поведения. А Дарья боялась шевельнуться.