И корабль плывет

Все думал – хоть денек да мой! А про то, что могу исчезнуть – мне вспоминать не хотелось. А зря! Это в сказке можно сказать: «тогда меня найдешь, когда трое башмаков железных износишь, трое посохов железных изломаешь, трое колпаков железных порвешь». Где Динка станет меня искать? И что, если мне вечно так и будет двадцать три года? Я ведь даже не знаю – КАК действуют на человека Отражения, из которых я появился? Стану ли я когда-нибудь старше своего отца – или мы так и останемся ровесниками? Мда! Не жизнь, а песня! - «Страна моя родная, ах, ЧТО ж ты делаешь со мной?»

- А что ты делаешь со мной? – обиженно спросила заспанная Динка, появляясь в кабинете, и поднимая с пола брошенную книгу.

– Опять оставил меня одну! Ты снова от меня сбежал, гадкий солдат. Зачем?

- Я не от тебя бегу – виновато вздохнул сержант. – От себя.

- Ага! И именно поэтому опять лезешь в «Побежденных»? Саша! Я же тебя попросила выбросить из головы эту идею с пьесой!

Она помолчала и тихо добавила:

- На очень выгодных для тебя условиях, между прочим…

- Но я тебе ничего не обещал … – начал было Саша.

Но заглянул ей в глаза и тут же замолчал.

- Прости меня, родная. Я не хотел сделать тебе больно. Я просто запутался. И не знаю, что мне делать.

- Как – что? Вернуться ко мне. Поцеловать. Приласкать. И сказать, что ты меня любишь.

Глава 8. Помяни за раннею обедней мила друга, светлая жена!

- Слушай – внезапно спросила Динка, когда безумие взаимных извинений, наконец, закончилось, и она просто тихо лежала, положив голову ему на плечо.

– Где ты взял эту несчастную книгу?

- Украл – честно признался Саша, ласково перебирая ее растрепанные волосы.

- Как это – УКРАЛ?!!

- Да вот, зашел к нашему звукачу в гости, и пока он «комбик» чинил, от нечего делать порылся у него на письменном столе. До сих пор не понимаю – КАК она к нему попала? Он же кроме технических справочников ничего не читает. Совсем! Это про него можно сказать, что из художественной литературы - в жизни было две книжки: одна «Азбука», а вторая – синяя.

А я открыл – и пропал. Оторваться - не смог, вернуть на место – тоже. И безо всякого зазрения совести сунул ее к себе в сумку.

- Да ты – воришка! – хихикнула Динка.

- Ага – согласился Саша. – Я вообще – страшный человек!

- Ты – птиц безмозглый – вздохнула она. – Но тебя извиняет то, что ты не знал – во ЧТО все это выльется.

- Давай больше не будем об этом! – взмолился сержант.

- Не будем – согласилась Динка, и, повернувшись, с готовностью подставила ему губы.