И корабль плывет

– Сейчас все соседи сбегутся узнать – ЧТО я тут с тобой делаю?

- Вот и делал бы то, о чем спросят, чучело рыжее! – жалобно ответствовала ему дорогая женушка, стуча зубами. – Это ж какой идиот придумал – человека в ледяную воду совать?

- Все претензии – не ко мне! А к Женьке, пиратке или Павлу. Желательно письменно, и в трех экземплярах.

- Почему – в трех? – растеряно спросила Динка, слегка пришедшая в себя.

- Один – виновнику, один – в суд, а третий – на память.

Сержант сбегал на кухню и притащил бутылку вина и два бокала.

- За что пьем? – поинтересовалась девушка.

- За водяное перемирие – рассмеялся Саша. – Ты посиди тут немножко, а я хоть гляну – что мне Маха на вопрос ответила: куда Птица подевалась? Все равно с мокрой головой ты в постель не ляжешь, а фена у нас нет. Так что – сохни, сохни, волчий хвост!

- Я – не волчий – возразила Динка. – Я – птичий! Или ты не птиц, дорогой Феникс?

- Я уже сам запутался – кто я такой? – задумчиво протянул Саша, дочитывая сообщение.

А потом захлопнул крышку ноутбука и весело потер ладони.

- Приготовься! Сейчас проведем процесс сушки! А то я и, правда, забыл, что я Феникс.

- Не надо – пискнула Динка. – Ты сейчас мне всю шевелюру спалишь! Или, хуже того, квартиру! Причем, не нашу…

А потом она лежала у него на плече, накручивая на палец влажную прядь. И вспоминала слова героя только что прочитанной книги: «женившись на Асе, я совершил преступление».

- Ты тоже считаешь себя преступником? – спросила она, пытаясь заглянуть мужу в глаза.

- Иногда – вздохнул он.

– Когда-то в этом доме я спорил с Птицей. Говорил о «безумии любви». И о том, что мы с тобой тоже имеем право на счастье. Только получилась какая-то фигня – право есть, а счастья – нет…

Динка попыталась возразить.

- Ну, это уж ты преувеличиваешь! Почему же – нет?

- Так ведь мы с тобой никак к консенсусу прийти не можем. Я – не в состоянии дать тебе то, что ты хочешь. А ты – не пытаешься с этим смириться…

- Я пытаюсь. Во всяком случае, теперь я тебя хотя бы понимаю.

Знаешь, у моих прабабушки с прадедушкой дети случились аккурат в Гражданскую войну. Точнее сказать, бабушка Маруся поняла, что ждет ребенка в августе семнадцатого. И это еще было в одной стране. А на свет он появился – уже совершенно в другой. Но эти ненормальные не поняли – насколько все плохо, и не остановились на достигнутом. И родили мою бабушку. Но так намучались с детьми, пока те выросли, что не разрешали старшему сыну жениться. А потом началась другая война.