Чудо в перьях

!

Мой коц - это мой! Мой на помёт, где Куприн Урот, ну, как это не знал старый хрен непребывавшее коц!!! Был ты безразличный, так колосись, колосись! И, между тем, футбол там один на газе друга и я, и ты будешь блинчиками, которые съедают блинчик, которые произведены, между тем разрабатывает меня! Я дуроц рассеиваю как коц на помёт, на помёт и не мне его - го, производят. Парень изученньенький с газом коктейля и я - это блинчики. Блинчики коц съедобно, это был дуроц необходим, условие – коц! Состояние государства на помёт, на помёт!!! Дуроц всем! Всем коц! Блинчик колосись, старый хрен! И возникай!!!»

Первый стул с зелёной обивкой сиденья пролетел в метре от Блаженного и, встретившись со стеной, мелкими деталями рассыпался по паркету.

Второй попал Блаженному в голову и тоже разложился на мелкие фрагменты. Андрюша даже не понял ничего. Два следующих стула влетели ему точно в грудь и развалились в воздухе, отлетая обратно от каменной груди писателя в зал. Обломки падали в народные массы и наносили им телесные повреждения средней тяжести.

Тогда массы сорвались с мест и, сопровождая быстрый угрожающий бег нечленораздельными, но явно грубыми словами, налипли на Андрее Блаженном, стучали по нему всем, чем удавалось, страшно матерились и проклинали литературу будущего.

- Это за что нашим детям и внукам такое наказание!?- Кричали Блаженному в уши самые несдержанные.

- Это хрень собачья, а не литература! Что ж за придурки будут жить, писать и читать эту мерзость в будущем? - Била Андрея кулачками по лбу висящая на его пиджаке дама средних лет.

Блаженному такой тёплый приём минут через десять надоел и он, заткнув книгу за пояс, пошел домой, оставляя за собой длинную цепь из падающих с него в разное время тел. Последним с него сорвался лысый дядька с гаечным ключом, которым он, оказывается, всё время стучал Андрюшу по причёске.

- На вот книжку. Дарю.- Блаженный метнул в рухнувшего дядьку книгу.- Я в зале не успел сказать, что читать её полезно и при геморрое.

Утром директор завода позвонил редактору газеты и описал всю творческую встречу, добавив всё, что ему рассказали отбывшие встречу до конца. Редактор вызвал Пановича и они долго сидели вдвоём, никого не пуская в кабинет.

Решили в итоге творческие встречи пока к чёртовой матери отменить.

- Не готов народ правильно понимать современную литературу.- Сказал редактор.