Думер

Со мной здороваться Евгенич не стал, лишь внимательно осмотрел меня на расстоянии в пару метров, как интересный экспонат в Эрмитаже. Или, скорее, в кунсткамере?

— Не, — махнул он спустя минуты полторы. — Полный ноль. Ни малейшего следа дара.

— Отлично, — ответил Шрам. — Теперь остальное давай.

— На вопросики ответим? — улыбнулся Евгенич, присаживаясь на табуретку передо мной.

Я промолчал. Заново рассказывать, как за мной гнались люди в чёрном… то есть люди в пальто… Которые стреляли какими-то энергетическими зарядами.

И появлялись из воздуха… Можно, но бесполезно. Я хотел побыстрее отсюда свалить, а потому стало ясно, что отвечать надо то, что больше всего их устроит.

Спустя минуту я понял, что Евгенич так и не задал ни одного вопроса. Он чесал затылок, нервно снимал и надевал очки. Взгляд у него был растерянный и в то же время сосредоточенный, он словно не мог решить какой-то ребус.

— Зацени, чё вчера на «Апрашке» отжал, — тихо похвастался лысый, которого, как выяснилось, звали Генка. Он протянул своему коллеге небольшую кассету: — «Кар-мэн» свежак выпустили.

— «Ко-ро-ль рейва», — чуть ли не по слогам прочитал бугай текст на кассете.

— Ага, — ухмыльнулся Генка. — Сейчас с этим закончим, товар примем и заценим. Евгенич, давай шевели акрами!

Они называли Евгенича одарённым. Интуитивно я догадывался, что речь шла о чём-то особенном, о каком-то даре или способности. Правда, совершенно не понимал, как такое возможно, но из всего пережитого сегодня способности Евгенича, чем бы они ни были, вызывали меньше всего вопросов.

Хотя нет. Поторопился я с выводами. Вопросы они вызывали — только другого характера. Генка что-то неразборчиво рассказывал второму бугаю о том, что Евгенич — якобы какой-то там «менталист»:

— …Всех здешних просвечивает, — продолжал вполголоса рассказывать он. — Мысли не читает, но какие-то штуки-дрюки улавливает. Если надо, то иногда ещё и мозги промывает. Хоть и одна акра всего.

— Вообще-то две, — возразил Евгенич, слыша их разговор.

Так вот. Тем смешнее, что я не ощущал абсолютно никакого вмешательства Евгенича в мой разум.

Ничего. Мелькнула мысль, что он шарлатан, который умело выдает себя за какого-то там менталиста. И если это так, почему его ещё не раскусили? Какая польза от шарлатана?

Затем начались вопросы. В духе тех, что задавал Шрам, только на сей раз я отвечал проще.

Не помню. Нет. Не знаю. Голова болела. Не помню. Нет, мне просто чудилось, что меня преследуют. Искал? Нет, ничего не искал. Случайно забрел.