Человек и тень

Знал, что чай он пьет с двумя ложками сахара, а еще обожает вишневый пирог. Есть толстовка любимая, есть дневник под столом, а еще у него шрам маленький на левой брови. Он смеется всегда всем бедам на зло, хоть боится высоты и собак.

Он, как я, только капельку лучше. Я придумал его, чтобы не быть одному. Делал снимки и верил, что он рядом со мной. Жаль, что видел его только я.

- Вот, а здесь я в музее. Здесь в галерее. О, а тут я смотрел корабли и ел в ресторане. Был в парке, у фонтанов, в цирке... - показывал ворох снимков сестре.

Шутил, скрывал, что придумал друга, чтобы все посетить, не боясь.

-А с тобой это кто? Почему не представил? Я ж боялась, что ты вечно один, - озадачено посмотрела она. - Высок, симпатичен, хорош. И глаза толи черные, толи синие, понять не могу.

Я придумал себе человека, а он взял и ожил.

Билет без места

Подрабатывал я одно время тем, что статьи про разные заброшенные деревни писал. Что-то наподобие обзоров. А к ним фотографии стоящие нужно было делать. Это сейчас в интернете все отыскать можно, а тогда же за нужным кадром охотились.

Потому я всегда был в разъездах. С поезда на автобус, с автобуса на машину. Ну, и на своих двоих километры наматывал.

Ворчал почем зря, хотя самому все безумно нравилось. Дорога эта... Особенно поезд. Слушаешь шум колес, смотришь на то, как проносятся мимо поселки, леса и реки, а сам отдыхаешь. Чай опять же таки пьешь из этих стаканов в красивых подстаканниках. Все себе домой такой хотел, да видно не судьба.

О, еще и люди особенно разговорчивы.

Обстановка будто располагает к откровениям - столько всего наслушаешься, что и сериалы потом смотреть скучно, и материалов на целую книгу наберется. А может и на несколько.

Иногда слушаешь - волосы дыбом встают. Думаешь так про себя, что быть такого не может. А на лицо человека взглянешь, и понимаешь, что было все. Было! Это другие пусть не верят, а вы правду сами знаете. Киваете друг другу и молчите, потому что не для чужих ушей все было сказано.

Это точно тебе доверили тайну, которая жива, пока находишься в поезде.

Имеет свое очарование она только в этой обстановке. Так же как прекрасны разговоры до рассвета на кухне. Столько искренности и неприкрытых чувств, точно душа обнажена до самой своей сути. А потом день, и вы опять незнакомцы, будто не было той пары часов, когда доверяли все тайны и выставляли на обозрения скелетов из дальних шкафов.

Для всего свое время и место. И потому мне все это так нравится.