Протокол "Шторм"

Нашарив ручку, он распахнул дверь и выпустил наружу все содержимое желудка, а затем, закашлявшись, несколько минут просто сидел, откинувшись в кресле и хватая ртом воздух, так, как это делает рыба, выброшенная на сушу. А когда самочувствие пришло к тому необходимому минимуму, когда индивид по прозвищу Драйвер смог двигаться и внятно соображать, на повестке дня всплыло два извечных вопроса. Что делать, и кто виноват?

На последний вопрос ответ было найти сравнительно легко, ибо в том, что произошло, Пашка мог винить исключительно себя.

Не пренебреги он приказом Библиотекаря, решив немного проветрить голову в ходе пешей прогулки, наверняка ничего бы и не случилось. Что случилось вообще, то другой вопрос требующий отдельного разбирательства и первым делом, оказавшись в отделе, Кочетков решил тут же сообщить о случившемся шефу, а пока был актуален вопрос номер один. 

Оглядевшись, Драйвер пришел к неутешительному выводу. Либо навигационная система джампа ошиблась, либо сам Библиотекарь неправильно указал координаты прыжка, ибо вместо принимающей стороны фанатов Пушкина, вокруг была непаханая целина, а вдали виднелись огоньки деревеньки с неизвестным названием.

Первым делом решено было оценить повреждения и, выбравшись из авто, Кочетков отправился смотреть что случилось с бампером. При беглом осмотре сразу стало ясно, что его проще заменить, чем отремонтировать, так он был помят злобным серебристым преследователем. Дальнейший осмотр, к облегчению Драйвера, прошел спокойно, и иных мало-мальски серьезных повреждений на кузове ведомственного автомобиля обнаружено не было.  

Для порядка постояв пару минут в ожидании встречи и решив, что с точкой прыжка вышла накладка, Драйвер вновь забрался в Машину и уверенно покатил на мерцающие в темноте огоньки людского жилья. Сориентироваться на местности в темноте, в незнакомом районе не получалось, а идея запустить навигатор на телефоне почему-то в голову не пришла, и решив действовать по старинке, а именно спросить дорогу у местных, Пашка наддал газу покатившись по проселочной дороге.

 

Что удивительно, деревенька в этот поздний час не спала, а скорее наоборот, набирала несвойственной ей, глухой провинциалке, ночной темп. На въезде Пашка заприметил дорожный знак с названием населенного пункта. Выхваченная из темноты, яркими лучами головного света, синяя вывеска с белыми буквами гласила «Мостки».