Найденыш 9. Битва драконов (том 2)

Таково было общее мнение Кабинета.

- Даша рассказывала почти такую же историю из своей Яви, - призадумалась Тамара.

- Я знаю, - кивнул император. – Мы очень обстоятельно расспросили Никиту о его путешествии в иную параллель. Действительно, до восемнадцатого века между нашими мирами ощущалось пугающее сходство в некоторых деталях, а потом мы пошли по другому пути развития. Император Константин, наш предок, высочайше повелел найти подход к сепаратистам, упрямо отрицавшим подчинение. Дескать, Новгородская республика, погибшая от рук «зело злобного государя московского», имеет право возродиться на земле, завоеванной ушкуйниками и Новгородом, и склонять голову не намерена.

- А по школьной истории чуточку другая интерпретация, - нахмурилась Тамара. – Даже я не знала, насколько там была ситуация сложная. Зачем скрывали?

- В те времена Пинега представляла из себя весьма дикий край, своеобразный фронтир, - тихо рассмеялся Меньшиков. – Именно эту версию преподают всем, но, если бы ты не выскочила замуж столь стремительно, имела шанс добраться до архивов и узнать много интересного.

Ученые, исследователи, картографы вместе с егерями пробивались от Двины и от Мезени навстречу друг другу, чтобы полностью охватить обширную территорию с «белыми пятнами». В одной такой экспедиции участвовал и князь Федор Бельский. Неподалеку от Каргомени, на одном из наносных речных островов, коими богата Пинега, экспедиция попала в засаду. Новгородские люди проявляли невероятное упрямство и недоговороспособность, что почти каждая вторая встреча с государевыми людьми заканчивалась смертоубийством.

- И тем не менее Бельский получил Устюг?

- Получил, потому что продолжил идти вглубь земель, и именно он достиг каких-то договоренностей с Авиновыми и Борецкими. Благодаря его усилиям император Константин потом на основе этого своеобразного кодекса сумел наладить контакты со строптивцами. А дальше пошла работа дипломатов и чиновников.

- Дипломатов? – изумилась молодая женщина.

- Ну да. Таким образом Россия показала желание договариваться, ну и уважение к старшим родам сепаратистов.

Тонкий слой елея на бутерброд самомнения и тщеславия оказались куда эффективнее, чем огнестрельное оружие и отряды боевых магов.

Меньшиков усмехнулся и замолчал. Тамара тоже призадумалась над ироничной фразой императора, а потом высказала свою мысль:

- Я тебя поняла, дядя Саша. Не видать нам Устюга как своих ушей.

- А хотелось? – император улыбнулся, отвернувшись на мгновение.