Отражения одиночества

Гоняет по всякой ерунде и мозги выносит детскими упражнениями и миллионом дерьмовых логических задач вместо того чтобы взять и рассказать все как есть. Отличный подход.

– Я не говорю, что его метод хороший и правильный. Но думаю, что могу понять в некотором роде причины такого поступка.

Саша еще раз хмыкает.

– Или просто одна безродная дурочка нужна ему для своих целей в будущем.

– Саша, это…

– Это неважно. Есть поступок, а все остальное – слова.

Отчаянье ушло. Его место заняла злость.

Телефон завибрировал, просигнализировав о входящем сообщении.

Не в первый раз – но теперь это, по крайней мере, не сопровождалось ощутимым давлением на блок. Сообщение было от Ирины Владимировны.

– Адрес этого Михаила наконец нашли, так что мы можем ехать, – Саша сменила тему почти физически ощущаемым с удовольствием. – Теперь есть чем заняться.

– Ты уверена, что это стоит сделать сейчас, на ночь глядя?

– У нас есть задание, и его никто не отменял. Тем более, – Саша криво усмехается, – если верить всему сказанному, то есть понадобится, я просто найду менгир и достану этого Паука из его паутины.

Должна же быть какая-то польза от всей всей этой ерунды с силой и камнями.

Миклош смотрит на нее сложночитаемым взглядом. Но вслух ничего не говорит. Только кивает и направляется к выходу из номера.

Глава 8

– Ты думаешь, ехать прямо сейчас, на ночь глядя, в этот дачный поселок – хорошая идея?

Саша морщится. Они уже сели в автобус, так что какая разница?

– Не думаю. Но, во-первых, этот Михаил может узнать, что нам сдали его адрес и смыться.

Во-вторых – Паук или кто он там может узнать о нас, о том что нам известно или о том, что мы знаем о Михаиле. В-третьих – мы приехали сюда заниматься делом, и мы им займемся. Если хочешь возвращайся в номер, там есть защита, и я поеду одна.

Миклош только вздыхает. Саша качает головой не скрывая своего раздражения. Злость пришла на место боли и непониманию. И не хотела уходить. Все, что она могла сейчас – эту злость направить хоть в какое-то мирное русло. По крайней мере, продуктивное русло.

– Скоро стемнеет, и мы непонятно как будем добираться до этих дач.

– Понятно как, – отрезает Саша. – Я знаю дорогу.

На деле она не ходила ей сколько… десять лет? Меньше? Но почему-то сомнений в том, что она все вспомнит, не было. Возможно, и правду лучше было ехать днем. Хотя бы потому что ночь – время оборотней, вампиров и колдунов. Время людских страхов.

– Ты уверена?

– Да. Я каждое лето ездила на эти дачи.

Миклош сглатывает.